b000000208

565 Образованіе и восішташе. — Народныя шво.ш.— Вліяніе духовенства. — Отношеніе духовныхъ педаго- говъ и «сестеръ» къдѣтямъ. — Почему тѣмъ п другимъ такъ легко сходили съ рукъ ихъ звѣрства. — Домашнее воспитаніе. — Обученіе и казарменное воонитаніе въ средне-учебныхъ заведеніяхъ. — Не- умѣренная раздача наградъ и самыхъ разнообразныхъ поощреній изіѣютъ пагубное вліяніе па весь складъ характера француза.— Конкурсы. — Страсть къ орденамъ,— Высшія учебныя заведенія. — Жизнь провинціальныхъ и парижскихъ студентовъ. Народное образованіе во Франціи всегда было однимъ изъ ея самыхъ больныхъ мѣстъ. Трудно представить себѣ, что въ этомъ первостепенномъ государствѣ, давшемъ міру столько блестящихъ именъ по всѣмъ отраслямъ знанія, литературы и искуства, съ либеральными формами правленія, въ государствѣ, сдѣлавшемъ столько революцій, изъ которыхъ каждая выдвигала впередъ и ставила міру столько жгучихъ вопросовъ, — такая плохая организація школьнаго дѣла, такое страшное невѣжество народа, и жал- кое, унизительное положеніе учителя. «Вы имѣете вийтаде ипіѵегзеі, а ваши избира- тели не умѣютъ читать», сказалъ одинъ нрусскій нолковникъ въ послѣднюю войну французу и имѣлъ на это полное основаніе. До 1815 года ни одно французское правительство не заботилось о народномъ обра- зованіи. Во время Наполеона 1-го число школъ было увеличено, но это было сдѣлано не изъ искренняго желанія помочь народу, а изъ политическихъ видовъ. Во время реставраціи не бодѣе заботились о судьбѣ школъ, но за то въ это время сдѣлано было множество распоряженій о еще болыпемъ ихъ погчиненіи. Еъ прежнему под- чиненію преподавателя префектамъ, подпрефектамъ и мэрамъ присоединилась еще зави- симость ихъ отъ священника и многихъ другихъ личностей. Къ тоту же желающій по- лучить должность учителя долженъ былъ представить цѣлый рядъ оффиціальныхъ бу- магъ, которыя бы свидѣтельствовали, что онъ имѣетъ право искать учительскаго мѣста. Мало того, ему оффиціально предписывалось очень многое искажать въ своемъ препода- ваніи: учителя должны были говорить учепикамъ, что Людовикъ XVI умеръ мирно въ своемъ дворцѣ и всю исторію въ этомъ родѣ. Всѣ эти обстоятельства, наконецъ совер- шенный недостатокъ средствъ для школы и жалкое вознагражденіе, получаемое учите- лями, заставляли искать учительскихъ мѣстъ только тѣхъ людей, которые никуда больше не могли себя пристроить. Такое положеніе дѣлъ не безпокоило правительства, напро- тивъ оно само старалось уменьшать число свѣтскихъ учителей. Всѣ его симпатіи ле- жали къ учителямъ изъ духовнаго званія и оно употребляло всѣ мѣры, чтобы мало но малу все образованіо перешло въ руки духовныхъ братствъ. Къ этому побуждали его и экономическіе разсчеты. Нодъ вліяніемъ іезуитовъ множество лицъ распространяло мысль, что духовенство будетъ обучать юношество не изъ корыстолюбія, а станетъ смотрѣть на это, какъ на богоугодное дѣло. Такимъ образомъ духовенство мало по малу захва- тило въ свои руки какъ народныя школы, такъ и средне-учебныя заведенія и имѣло въ нихъ первенствующее зпаченіе и огромное вліяніе до самаго послѣдняго времени, а именно до 1880 года. Вліяніе духовенства на образованіе и воспитаніе французскаго юношества было самое тлѣтворное и гибельно отозвалось не только на нравственномъ, но и на физическомъ его раввитіи. Когда какимъ нибудь образомъ становилось извѣст- нымъ то или другое возмутительное истязаніе, совершенное надъ ребенкомъ духовньшъ педагогомъ, судебное вѣдомство дѣлало все, чтобы спрятать концы въ воду: оно всѣми силами выгораживало духовныхъ воспитателей, когда имъ приходилось являться на скамьѣ подсудимыхъ за свое жестокое обращеніе съ дѣтьми. Съ одной стороны, старин- ныя трарціи французскихъ парламентовъ, съ другой — духъ нанолеоновскаго кодекса.