b000000208

548 Если у нея родится ребенокъ, что для нея всегда величайшее несчастіе, онапосы- лаетъ его къ кормилицѣ на 3 года, затѣыъ еще многія изъ нихъ отдаютъ ребенка къ особымъвоспитателямъ, куданибудь въпровинцію, пока нельзя отдать мальчика въсо11ё§е, а дѣвочку въ монастырь. Этими нравами такъ прониклось общество, что здѣсь суще- ствуем даже множество квартиръ, владѣльцы которыхъ не прииимаютъ къ себѣ жиль- цовъ съдѣтьми. Швейцаръ, показывая квартиру, обыкновенно прибавляетъ: плата за пол- года впередъ и хозяинъ не принимаетъ жильцовъ съ собаками, съ дѣтьми и птицами» . Та- кимъ образомъ изъ опасенія за цѣлость обой и паркета наносится страшный ударъ нрав- ственности и семейному началу. Понятно, если бы эти семейныя начала были сильнѣе у парижанъ, они не позволили бы налагать на себя такія постыдныя условія. Есть однако парижанки, которыя оставляютъ дѣтей при себѣ, но дѣтямъ отъ этого не лучше, такъ какъ матери видятъ ихъ рѣдко, воспитываются они на рукахъ у няни, въ зад- нихъ комнатахъ квартиры. Мать видитъ своего ребенка только тогда, когда разодѣтаго и распомаженнаго приведутъ его къ ней, чтобы ѣхать съ ней кататься. Сдѣлавъ ему генеральный осмотръ и указавъ всѣ недостатки его туалета, она садится рядомъ съ нимъ въ коляску и уже затѣыъ обращаетъ на него очень мало вниманія; ей безпре- станно попадаются знакомые, каждую минуту приходится раскланиваться въ ту и дру- гую сторону, перекинуться прелестными пустячками, которые однако необходимо обду- мать, чтобъ не ударить лицомъ въ грязь. Проводя жизнь въ постоянныхъ развлеченіяхъ, она со страстью кидается намас- карадныя и романическія приключенія, ея нервы притупляются отъ времени до вре- мени и требуютъ уже болыпихъ наслажденій, — между тѣмъ жизнь не даетъ ничего бо- лѣе. Минутами ей все надоѣдаетъ, все дѣлаетсяиостылымъ; является сознаніе пустоты и пошлости окружающаго. Живая, дѣятельная и богато одаренная отъ природы, она ищетъ другой пищи для ума и сердца. Она запирается въ своемъ будуарѣ, никого не принимаетъ и бросается на книги. Но, не получивъ никакого образованія и развитія, она не знаетъ, на чемъ остановиться и перечитываетъ тысячу французскихъ авторовъ, которые въ блестящемъ, заманчивомъ свѣтѣ выставляютъ порокъ. Искра раскаянія, закравшаяся въ душу, угасаетъ; она со смѣхомъ разсказываетъ знакомьщъ о своей хандрѣ и пуще прежняго предается удовольствіямъ. Она торопится наслаждаться жиз- нію, тѣмъ болѣе, что года ея бѣгутъ такъ скоро и морщины, все болѣе глубокія, того и смотри, выдадутъ ее, не смотря на бѣлила и румяна. Какъ ужасно для нея услышать намекъ на приближающуюся старость, на безобразіе! Теперь, когда она въ апогеѣ своей славы, всѣ объ ней говорятъ, всѣ стараются замѣтить ея нарядъ. Съ каждымъ го- домъ она тратитъ все больше и больше, все менѣе обращаетъ вниманія на источникъ доходовъ и подъ конецъ выпиваетъ до дна всю чашу позора: все имущество продано съ молотка, всѣ друзья отвернулись и смѣются. Одни и тѣ же примѣры повторяются каждый день на глазахъ у всѣхъ и не служатъ нисколько предостереженіемъ для пу- скающихся въ свѣтъ женщинъ. Ни одна парижанка, пока она молода, хороша, окру- жена поклонниками и богата, не можетъ взвѣсить своего положенія и подумать о бу- дущемъ. Но мы уже знаемъ, что ей не откуда было почерпнуть силы и нравствен- ной стойкости.