b000000208

543 всѣ классы общества. Въ такіе періоды скабрёзныя книги вдругъ замѣняются душеспа- сительными, листки съ церковными извѣстіями, въ которыхъ извѣщаютъ о предстоя- щихъ обѣдняхъ и проповѣдяхъ, расходятся въ громадномъ количествѣ. Кутилы, кото- рые еще вчера при встрѣчѣ бесѣдовали о послѣднихъ кутежахъ, теперь спрашиваютъ одинъ другаго, въ какой церкви кто изъ нихъ былъ, какого слушалъ лроповѣдника. По всѣмъ проселочнымъ дорогамъ тянутся тогда цѣлыя вереницы богомольцевъ, которые спѣшатъ на поклоненіе вновь появившейся святынѣ. Такое настроеніе охватываетъ до такой степени весь народъ, что компанія желѣзныхъ дорогъ заводитъ особые поѣзда, которые называются «поѣздами богомольцевъ». То въ одной мѣстности, то въ другой появляются пастухи и дѣвочки, которые съ раскраснѣвшимися щеками и съ блестящими глазами разсказываютъ собравшейся вокругъ нихъ толпѣ о словахъ Спасителя или Бо- городицы, явившихся имъ во снѣ или на яву. Имъ вѣрятъ, ихъ слушаютъ, пригла- шаютъ въ дома, осыпаютъ подарками. Въ тозке время появляется множество новыхъ цѣлительныхъ средствъ въ родѣ лурдской воды, которая помогаетъ отъ всевозможныхъ болѣзней; всѣ церкви биткомъ набиты народомъ, множество новыхъ проповѣдниковъ получаютъ громкую репутацію, и каждый добивается чести знакомства съ ними, ихъ визита. Такая мода создаетъ и особаго рода промышленность; большіе капиталы упот- ребляютъ для устройства фабрикъ съ спеціальною цѣлыо дѣлать четки и священные предметы. Здѣсь приготовляютъ шляпы съ раковинками, мхомъ, крестиками и другими религіозными аттрибутами; тамъ — стальные пояса съ молитвенниками на цѣпочкѣ, начиная отъ самыхъ дорогихъ въ бархатныхъ перешіетахъ и съ золотыми застежками и кончая самыми простенькими и дешевыми; въ одномъ мѣстѣ приготовляютъ ожерелья съ крестиками, въ другомъ — большіе кресты въ видѣ медальоновъ. Живописцы и скульпторы получаютъ большіе заказы образовъ и скульптурныхъ изображеній свя- тыхъ; столяры приготовляютъ во множествѣ стулья для молитвы, фортепіанные мастера заготовляютъ комнатные органы; издатели тратятъ большія суммы на изданіе библіи, священныхъ книгъ и легендъ. Однажды, во время такой моды, въ игрушечномъ мага- зинѣ появилась даже церковь-игрушка: она изображала внутренность церкви съ ал- таремъ, распятіемъ, евангеліемъ, дароносицей и свѣчами. Священникъ въ полномъ облаченіи служилъ обѣдню, двое мальчиковъ ему прислуживали, а посреди храма — ко- лѣнопреклоненная публика — мужчины и дамы — прелестныя куколки. Прошла мода, и за прилавками магазиновъ исчезаютъ модные предметы; многіе предприниматели и спекуляторы разоряются, такъ какъ заготовленный товаръ сразу перестаетъ идти. Отъ времени до времени появляется мода на извѣстныя фразы; удачныя вы раже - нія подхватываютъ и фраза пошла ходить въ печати, въ частныхъ разговорахъ, въ за- лахъ парламента; при этомъ еще нерѣдко появляется множество претендентовъ, припи- сывающихъ себѣ честь первоначальнаго изобрѣтенія той или другой фразы, въ сущности неимѣющей рѣшительно ничего особеннаго. Такъ напр., во время франко-прусской войны французамъ особенно понравилась фраза Жюля-Фавра; «ни единаго камня отъ нашихъ крѣпостей, ни единой пяди отъ нашей земли » Стремленіе блеснуть, при- влечь на себя вниманіе, тщеславіе француза, его страсть къ орденамъ, всѣ эти качества не оставляютъ его и загробомъ. Чтобы убѣдитьсявъ этомъ отправляйтесь на кладбище «Реге ЬасЬаізе». Парижанинъ даже и послѣ смерти не разстается съ своимъ люби- мымъ орденомъ и приказываетъ вырѣзать этотъ знакъ отличія на своемъ могильномъ камнѣ. Не было ордена при жизни, тогда хотя что нибудь... но не увѣковѣчить себя — для француза невозможно. Неизвѣстный архитекторъ заставляетъ изобразить на своей надгробной плитѣ планъ и чертежи какой нибудь будки, которую онъ выстроилъ въ сосѣдней улицѣ; на могилахъ депутатовъ воздвигаютъ ораторскія трибуны.