b000000208

514 своимъ мишурнымъ блескомъ и которые пріѣзжали сюда съ пустыми, эгоистическими и мелкими цѣлями, — но далеко не однихъ этихъ людей манила французская столица. Огромные библиотеки съ сотнями тысячъ книгъ и съ множествомъ цѣнныхъ, рѣдкихъ рукописей, ботаническій садъ, уже давно пользующійся заслуженной извѣстностыо, болѣе нежели въдругихъ странахъ развитая политическая жизнь, борьба партій, живой, мыслящій французскій рабочій, умно и смѣло ставящій разные современные вопросы для улучшенія жизни своихъ собратій и рѣшающій ихъ въ своей средѣ, — все это при- влекало въПарижъ ученыхъ, литераторовъ, поэтовъ, художниковъвсѣхъстранъ. Поли- тическіе перевороты, при которыхъ старались добиться свободы, заставляли энтузіас- товъ бросать все и ѣхать сюда, въ эту бурную столицу, пожить общею жизнію, а если нужно, — драться на баррикадахъ въ томъ убѣжденіи, что они дерутся не за свободу одной Франціи, а за освобожденіе всѣхъ угнетенныхъ. Вотъ что сказалъ о призваніи Парижа Викторъ Гюго, этотъ великій современный французскій писатель: «Распростра- нять идеи», говорить онъ, «неутомимо разсѣвать истины посвѣту — призваніе Парижа, его обязанность, и онъ свято выполняетъ свое назначеніе. Парижъ — это сѣятель! Гдѣ онъ сѣетъ? Во мракѣ. Что онъ разсыпаетъ? Искры свѣта. .. Все, что вспыхиваетъ въ умахъ людей тамъ и сямъ — все это дѣло Парижа. Горячее пламя прогресса зажжено имъ и онъ безостановочно его поддерживаетъ. Какъ горіочій матеріалъ, онъ бросаетъ туда суевѣріе, фанатизмъ, ненависть, глупость, предразсудки. Парижъ — это центръ человѣческой жизни и въ немъ сосредоточивается нервная жизнь всей земли. Если онъ вздрагиваетъ — вздрагиваетъ весь міръ»... Въ этихъ словахъ много правды. Было бы слишкомъ односторонне думать, что Парижъ даетъ міру только прелестные французскіе цвѣты, миніатюрный башмачекъ, чародѣйски мѣняетъ цвѣтъ волосъ и даже самую фи- зіономію щеголихи. Пѣтъ, онъ дѣйствительно въ значительной степени направляетъ настроеніе умовъ, распространяетъ знаніе, идеи. Каждая перемѣна въ его жизни вол- новала и теперь еще сильно волнуетъ умы всей Европы, тогда какъ настроеніе Лис : сабона, Мадрита, даже Рима, Берлина и Вѣны болѣе касаются только жителей этихъ городовъ. Вотъ почему мысль бомбардировать Парижъ казалась такою чудовищною, вотъ почему во время осады этой столицы такъ дрожали сердца всѣхъ, съ такимъ нетерпѣ- , ніемъ ждали объ ней новостей. Но еще большее значеніе французская столица имѣетъ для своихъ согражданъ. Это намъ будетъ совершенно понятно, когда мы вспомнимъ, что Парижъ совершенно въ иномъ смыслѣ столица Франціи, чѣмъ другія столицы; Парижъ — вся Франція! Со времени революціи 1789 года Парижъ имѣлъ рѣшающій голосъ во всѣхъ политиче- скихъ иеремѣнахъ, которыя предпринимала Франція. Произвести перемѣну существую- щаго правительства возможно только въ Парижѣ; Парижъ захочетъ — и Франція завтра же будетъ имѣть новое правительство. Тоже самое относительно науки, искуства, про- мышленности. Ни одинъ научный талантъ не можетъ развиться или получить значеніе внѣ Парижа. Только въ одномъ Парижѣ можетъ усовершенствоваться и вполнѣ изучить свое искуство французскій художникъ, только въ столицѣ ремесленникъ можетъ осно- вательно ознакомиться съ своимъ ремесломъ; только здѣсь французъ и можетъ добиться почестей, славы, богатства. Столица влечетъ къ себѣ не только геніальнаго француз- скаго мыслителя, но и геніальнаго мошенника и преступника, бѣжавшаго съгалеръ, — и для нихъ она открываете огромное поле дѣятельности. Французскіе города въ 100 и 200 тысячъ жителей не имѣютъ никакого значепія передъ Парижемъ. Въ нихъ имѣетъ вѣсъ только то, что получило иарижскій штемпель. Причина этого — централи- зація, сильно развитая во Франціи: въ странѣ весьма мало развито мѣстное самоупра- вленіе и большая часть дѣлъ, касающихся самыхъ отдаленныхъ мѣстностей Франціи,