b000000208

503 дѣлами ворочаетъ сама и, дѣлая мужу уступки въ мелочахъ, въ ваяшыхъ дѣлахъ всегда поставитъ на своемъ. Самый колкій упрекъ, который дѣлаетъ здѣсь одна со- сѣдка другой, выражается въ словахъ: «Вами, кажется, моя милая, совсѣмъ иомыкаетъ вашъ мужъ», или: «Я никогда не позволю командовать надъ собою мужчинѣ, какъ это можетъ случиться съ другими». Женщина здѣсь занимается дѣтьми, смотритъ за хозяйствомъ, раздаетъ дѣло батракамъ, хотя при этомъ хозяйка, чтобы не уронить авторитета мужа, и ноказываетъ видъ, что все это исходитъ отъ него. Не смотря на то, что нормандецъ гораздо образованное бретонца и не обладаетъ его простодушіемъ и легковѣріемъ, онъ не уступаетъ ему въ суевѣріи. Пропала у него какая нибудь вещь, и онъ идетъ къ ворожеямъ, убѣжденный въ томъ, что онѣ пове- лѣваютъ даже дьяволомъ. Вслѣдствіе суевѣрнаго настроенія жителей, въ Нормандіи есть цѣлый классъ людей, которые занимаются указывапіемъ источниковъ, скрытыхъ подъ землею. Для этого они берутъ въ руки гибкій орѣховый прутъ, который назы- ваютъ жезломъ Аарона. Народъ утверждаетъ, что, когда эти люди проходятъ надъ под- земною водою, прутъ начинаетъ у нпхъ сильно вертѣться въ рукахъ. По движенію своего жезла они и говорятъ о глубинѣ воды, о нанравленіи подземныхъ потоковъ и т. п. Но болѣе всего народъ вѣритъ въ клады. Прибѣгаетъ ребенокъ вечеромъ домой и начинаетъ разсказывать цѣлыя исторіи о томъ, какъ, проходя мимо такого-то мѣста, онъ увидѣлъ пламя; въ немъ мелькали черные бараны, прыгали страшныячерныя кошки съ сверкающими глазами, бѣлые, какъ снѣгъ, голуби, красные быки... Жадные до при- были нормандцы вѣрятъ лепету дитяти и рѣшаются идти отрывать кладъ. Но какъ рѣ- шиться на это? По понятіямъ нормандца, чтобы овладѣть к ладомъ, необходимо къ этому приготовляться нѣсколько дней, въ совершенномъ уединеніи и постѣ, потомъ окопать рвомъ то мѣсто, гдѣ хранится сокровище, чтобы захватить его въ цѣюсти, со всею окружающею его землею. Помимо жадности нормандца и стремленія его все къ большему благосостоянію, вѣра въ клады поддерживается и тѣмъ, что тутъ множество развалинъ и самыхъ оригинальныхъ построекъ прошедшихъ временъ. Маленькая птичка королекъ пользуется у нормандца особеннымъ почетомъ, вслѣд- ствіе слѣдующаго поэтическаго преданія: «Давно уже, очень давно, въ первые дни по сотвореніи міра, огонь еще не былъ извѣстенъ на землѣ. Королекъ полетѣлъ на небо и попросилъ огня у Господа Бога, и Господь Богъ далъ ему огня, чтобъ онъ снесъ его на землю. По бѣдпая птичка сдѣлалась жертвой своего самоотверженія; по неосторо- жности она опалила себя дорогой и упала обнаженной, безъ нерьевъ, посреди живыхъ тварей. Всѣ прочія птицы сложились и дали ей по перышку на одежду. Одна сова отка- залась отъ участія въ добромъ дѣлѣ и навлекла на себя общую ненависть; оттого она и не смѣетъ показываться при дневномъ свѣтѣ». Замѣчательное различія типовъ, которое вы встрѣтите въ Нормандіи, можно объ- яснить себѣ развѣ только множествомъ народовъ, кельтовъ,римлянъ, саксовъ, сканди- навовъ, англичапъ, французовъ, которые поперемѣнно занимали нормандскую террито- рію. Вѣроятно каждый изъ этихъ народовъ оставлялъ въ физіономіи нормандца своп ти- пичныя черты. Не смотря на близость къ Парижу, нормандскія женщины еще далеко не утратили своего національнаго костюма. Трудно описать нормандскійкостюмъ; такъ замѣчательно разнообразенъ онъ, смотря не только по департаменту, но даже и по де- ревнѣ. Но изъ какой бы мѣстности ни была нормандка, ея нарядъ бросается въ глаза своей оригинальностью и странностью. Прежде всего въ ихъ костюмѣ замѣчательны головные уборы, въ различныхъ мѣстностяхъ самой разнообразной формы, всегда огром- ные, часто наиоминающіе гигантскую бабочку съ распростертыми крыльями, или какую- то странную птицу, махающую не только крыльями, но и ногами. Большею частію нор-