b000000208

469 жигавшіе десятки жертвъ, привилась къ испанцамъ любовь къ раздичнымъ постыд- нымъ зрѣдищамъ. Недаромъ зке они и до сихъ поръ такъ страстно любятъ цирки, гдѣ нроисходятъ различные бои быковъ, пѣтуховъ, лошадей, во время которыхъ всегда умираетъ много животныхъ, столько калѣчится и умираетъ людей. Въ ХТІ столѣтіи былъ изданъ приказъ, которымъ предписывалось маврамъ оставить все, что хоть сколько нибудь могло имъ напоминать прежнюю ихъ религію. Подъ страхомъ строзкайшихъ наказаній приказано имъ изучать испанскій языкъ и оставить всѣ свои книги. Имъ запрещалось не только читать и писать на родномъ языкѣ, но даже и говорить на немъ въ собственныхъ домахъ. Іхъ церемопіи и игры были строго запрещены; даже одежду, съ которою они свыклись, они не смѣли болѣе носить. Верховное судилище карало, мучило и убивало людей за то, что они не вѣрили или плохо исповѣдывали католическую религію; естественно, что духовенство стало пріобрѣтать все большую силу и значеніе. Въ XVII столѣтіи оно до того усилилось, что задумало изгнать мавровъ со всего полуострова. Это изгнаніе было выполнено съ страшнѣйшимъ варварствомъ. Около милліона самаго трудолюбиваго населенія Испаніи погнали, какъ дикихъ звѣрей, изъ за того только, что была занодозрѣна искренность ихъ религіозныхъ вѣрованій. Множество людей было перебито; другіе подверглись истя- заніямъ и грабежу, а большинство отправлено въ самомъ невыносимомъ положеніи въ Африку. Во время нереѣзда команда, которая ихъ сопровождала, нападала на несчаст- ныхъ, избивала мужчинъ, бросала въ море дѣтей. Теперь впервые отъ Пиринеевъ до Гибралтарскаго пролива не было ни одного еретика. Все было нравовѣрно и вѣрно ко- ролю: каждый житель громадной страны повиновался церкви и трепеталъ нередъкоро- лемъ. Не смотря на это, послѣдствія такого изгнанія для Испаніи были ужасны. Почти изъ каждой мѣстности въ странѣ внезапно были изгнаны массы трудолюбивыхъ земледѣльцевъ и опытныхъ ремесленниковъ. Мавры приняли лучшія системы обра- ботки земли, какія были только тогда извѣстны. Сухая испанская земля отлично орошалась. Почти одни мавры занимались разведеніемъ риса, хлопка и сахарнаго тростника, такзке какъ и фабрикаціею шелка и бумаги. Съ изгнаніемъ ихъ все это ру- шилось и многое рушилось навсегда, потому что испанцы считали въ то время подо б - ныя занятія унизительными. Воевать за короля иди вступать въ духовное, званіе только и считалось дѣломъ почтеннымъ: все остальное было низко и гнусно. Поэтому, когда мавры были окончательно изгнаны, не оказалось никого, кто могъ бы занять ихъ мѣ- сто; многія искуства и ремесла навсегда исчезли, огромный полосы удобной земли оста- вались необработанными. Нѣкоторые богатѣйшія части Валенсіи и Гранады находились въ такомъ нренебреженіи, что нехватало средствъ для прокормленія даже и того скуд- наго населенія, которое тамъ оставалось. Цѣлые округа почти мгновенно пустѣли, по- кидаемые жителями, и до нашихъ дней никогда снова не заселялись. Эти пустыни стали служить убѣжищемъ воровъиразбойниковъ, поселившихся на мѣстахъ, занятыхъ прежде трудолюбивыми людьми; извѣстно, что со времени изгнанія мавровъ, появились и тѣ организованныя разбойничьи шайки, который сдѣлались впослѣдствіи напастью для Испаніи и которыхъ ни одно изъ исианскихъ правительствъ не въ силахъ совер - шенно уничтожить. И теперь еще путешественники очень часто оиисываютъ, какъ въ той или другой мѣстности на нихъ нападаютъ мошенники. Послѣ изгнанія мавровъ торжество вѣры до того ослѣпило испанцевъ, что они совершенно позабыли мірскія дѣла. Въ это время всѣ другія страны увеличивали за- насъ знаній, развивали науки, искуства, только одна Испанія все шла назадъ, все па- дала ниже и ниже; бѣдствія народныя, нищета и голодъ превзошли всякое вѣроятіе.