b000000208

416 _ шутовскіе наряды, колпаки, дѣлаютъ изъ цвѣтной бумаги букеты и цвѣты. По всему этому вы легко угадываете, что тутъ готовится всенародный маскарадъ, въ которомъ каждый явится нѣсколько разъ переряженнымъ. И съ каждымъ днемъ усиливается ка- кая-то лихорадочная дѣятельность, отовсюду только и слышны толки о иредстоящемъ празднествѣ. Менаду тѣмъ и власти не дремлютъ; онѣ торопятся исполнить всѣ приго- воры надъ преступниками до карнавала. Это дѣлается потому, что во время праздни- ковъ будетъ страшная суматоха, которая всегда облегчаетъ промыселъ мошенникам!.. Вотъ имъ и напоминаютъ во время наибольшаго для нихъ соблазна, что ихъожидаетъ, если они преступятъ законы. Наконецъ наступаетъ суббота, — день такъ трепетно ожи- даемый. Уже съ ранняго утра вы поражены страшною толкотнёю наулицахъ. Изъвсѣхъ оконъ выставлены стеыянныя рамы, и теперь изъ нихъ висятъ пестрые и красные ковры. Особенно балконы изящно украшаютъ цвѣтной матеріей и коврами. Разнообразнѣе и веселѣе, чѣмъ гдѣ бы то ни было, справляютъ карнавалъ въ Римѣ. Въ этотъ день уже съ ранняго утра въ каждомъ углу на улицахъ, въ огром- ныхъ корзинахъ, иродаютъ букеты цвѣтовъ, всевозможныя сласти и въразныхъ сверт- кахъ бѣлую чечевицу въ мукѣ. Разодѣтыя женщины показались у оконъ и балко- новъ, которые въ эти дни отдаются форестьерамъ за баснословно дорогую цѣну. Но вотъ ударилъ большой колоколъ Капитолія; это знакъ, что можно начать кар- навальныя увеселенія. Въ ту же минуту грянули пушки, заигралъ огромный ор- кестръ полковой музыки и потянулся по Корсо поѣздъ знатнѣйшихъ лицъ въ каретахъ, сіяющихъ "зодотомъ . Вслѣдъ за тѣмъ эту улицу покрываетъ такая масса экипажей и такая огромная толпа толкающагося люда, что рѣшительно некуда упасть яблоку. Самое любопытное здѣсь посмотрѣть толпу. Множество мужчинъ одѣты въ маски, тѣ же, что безъ масокъ, такъ переряжены, что ихъ не узнаетъ даже самый близкій пріятель, а этого только и добиваются. Вы увидите здѣсь людей въ костюмахъ всевозможныхъ племенъ и сословій; греки и турки, мавры и персіяне, полишинели обо- его пола, красные, рогатые чортики, доктора въ старомодныхъ костюмахъ, выложениыхъ галуномъ, съ напудренной косичкой и огромнымъ кошелькомъ, съ огромной клистирной трубкой въ рукахъ и ключикомъ на часовой цѣпочкѣ, въ футъ длины и толщиною въ дюймъ. А вонъ и родные итальянскіе костюмы: одинъ иереряженъ ногонщикомъ муловъ изъ горъ, другой настухомъ изъ Кампаньи. Тамъ и сямъ мелькаютъ бандиты и ата- маны разбойничьихъ шаекъ въихъ живописномъ костюмѣ. Нѣтъ недостатка нивъкар- рикатурахъ, ни въ сценахъ! Здѣсь идетъ высокая, сухая фигура въ длинной женской рубашкѣ, съ чепцомъ на головѣ и съпомеломъ въ рукахъ. Тамъ толпа переряженныхъ, въ кафтанахъ и побрякушкахъ, стоя, сидя, громоздясь накузовы колясокъ, промчится и утонетъ въ общемъ водоворотѣ. Тутъ изъ стороны въ сторону мечется полишинель; онъ ловко наставилъ дудку на сосѣда, свиснулъ ему со всей силы прямо въ ухо, такъ что тотъ отскочилъ!... Огромный мужчина на высокихъ ходуляхъ и въ невообразимо огромномъ парикѣ подымаетъ пузырь съ горохомъ и барабанитъ имъ по головамъвсѣхъ, кто ему попадется подъ руку... А вонъ маленькая дѣвочка сбиваетъ съногъ форестьера, хватаетъ выпавшій у него букетъ, забѣгаетъ къ нему съ другой стороны и продаетъ ему снова во второй, а иногда и въ третій разъ. Всюду дребезжаніе телѣгъ, грохотъ лошадей, разукрашенныхъ бубенчиками и разноцвѣтными лентами... На казкдомъ шагу встрѣчаешь женщинъ въ сверкающихъ головныхъ уборахъ. И вся эта невообразимо - пестрая, живописная, громадная толпа, бѣгаетъ, хихикаетъ, привязывается другъ къ другу , но ихъ тотчасъ увлекаетъ общій потокъ и каждый изъ нихъ летитъ впередъ, не докончивъ начатой фразы... При этомъ каждый бросаетъ другъ въ друга цвѣты и какой-то свертокъ, который вмигъ разлетается, засыпавъ лицо, глаза и платье тому,