b000000208

400 фабрики и послѣ этой реформы остаются, по отношенію къ дѣтской работѣ въ нихъ, ВТ) прежнемъ положевіи. По новому закону на указанныхъ фабрикахъ и рудникахъ запрещается работать дѣтямъ, не достигши 15-ти дѣтняго возраста по воскреснымъ ипраздничнымъ днямъ, и совершенно запрещается работать дѣтямъ моложе 9-ти лѣтъ. Далѣе, работа для дѣтей 9 — 11 лѣтъ не должна продолжаться болѣе 8-ми часовъ, причасовомъ отдыхѣ, иболѣе б-ти часовъ безъ отдыха; для 11 — 15 лѣтнихъ дѣтей работа будетъ ограничиваться двѣнадцатыо часами, съ 2-хъ часовымъ отдыхомъ, и восемью часами во время ночи. Можно себѣ представить, сколько часовъ въ день работали итальянскіе дѣти, когда только теперь, и то на очень немногихъ фабрикахъ, законъ ограничиваем ихъ работу 12-ю часами въ сутки! Но и этотъ законъ не добрымъ словомъ былъ встрѣченъ тѣми семействами дѣтей, которыхъонъ хотя нѣсколько оградилъ отъ преждевременной смерти. Этому нечего удивляться! При настоящемъ положеніи итальянской промыш ленности, вездѣ, гдѣ только возможно, на фабрикахъ и заводахъ стараются дерзкать дѣтей для работы, и потому множество семействъ въ Италіи до сихъ поръ нерѣдко исключительно существовали заработкомъ своихъ маленькихъ дѣтей, плата которымъ была между 4 и 10 лирами въ мѣсяцъ (отъ 1 до 2 1 іі рублей). Городское населеніе Италіи состоитъ большею частью не изъ рабочихъ ремеслен- никовъ и фабричныхъ, а изъ людей, промышляющихъ мелочной торговлею и неопредѣ- ленными промыслами. Въ Пеаполѣ и въ другихъ городахъ южной Италіи населеніе дѣ- лится на два рѣзко отличающіеся другъ отъ друга класса; галантуомо — порядочные люди и ладзарони. При имени ладзарони мы непремѣнно вспоминаемъ какихъ то жи- вописныхъ праздношатающихся, которые валяются на солнцѣ, ѣдятъ макароны и выпра- шиваютъ подачку. Ладзарони очень рѣдко ѣдятъ макароны, — на это у нихъ не хвата- етъ денегъ, а если они иногда и разживутся нѣсколькими копѣйками, чтобы купить ихъ, то кушанье это до такой степени неприглядно, что на него лучше и не смотрѣть; валя- ются же они на мостовой обыкновенно потому, что не могутъ найти для себя работы. Каждый, одѣтыйздѣсь въ общеевропейскій костюмъ, въ приличномъ бѣльѣ и гал- стукѣ, въ сапогахъ и шляпѣ — галантуомо. Предполагается, что такой человѣкъ соб- ственникъ, живетъ своимъ доходомъ или занимается либеральной профессіей; докторъ, адвокатъ, профессоръ или кто-нибудь въ этомъ родѣ. Папротивъ, всякій занимаіощійся трудомъ физическимъ — ладзарони, и отличается простонароднымъкостюмомъ. Костюмъ этотъ, въ болыпинствѣ случаевъ состоитъ изъ рубашки, панталонъ и куртки, не одѣ- той въ рукава, а накинутой на плечо; но бываютъ и значительный упрощенія этого костюма. Босыя ноги — явленіе обыкновенное. Куртка часто замѣняется кускомъ па- русины, мѣшкомъ, иногда даже овечьей шкурою. Вовсемъ этомъ очень мало національ- наго и гораздо болѣе общенищенскаго. Подъ общимъ именемъ ладзарони въ Пеаполѣ подразумѣваются факины (носиль- щики), извощики, рыбаки, продавцы молока, парикмахеры, цирюльники, продавцы воды, каштановъ, фруктовъ, сыра, улитокъ (маруцары), зеленьщики, торговцы про- стою деревянного обувью, прачки, 'о днимъ словомъ простой народъ. Галантуомини далеко не балуютъ ладзарони. Недавно во Флоренціи и Пеаполѣ извощики обратились къ го- родскимъ муниципалитетамъ съ странного, по видимому, просьбой — сбавить таксу съ 70 сантимовъ на 50. Причина этого та, что галантуомини, не взирая на таксу, не только никогда не платили болѣе 50 сантимовъ за самый длинный конецъ, а обыкновенно и го- раздо менѣе, такъ что извощикамъ было бы выгоднѣе, если бы разъ на всегда имъ полагалось по 50 сантимовъ. Заработокъ во всѣхъ мелочныхъ ремеслахъ; угольщика, продавца воды, молока