b000000208

376 п черные, выжженные и растрескавшіеся отъ огня камни. Скоро однако и море поста- вило людямъ преграду. Сначала оно какъ будто стало отступать отъ своихъ береговъ, сильно волнуясь, и вдругъ громадное черное облако, которое насквозь было пронизано цѣлыми миріадами молній, спустилось къ морю и въ одно мгновеніе покрыло его сплошь своимъ мрачнымъ саваномъ. Тогда берегъ вовсе уже скрылся отъ глазъ, точно также, какъ и островъ Капри, который весь былъ затянутъ такимъ же облакомъ. Несчастные, прибѣжавшіе къ морю, съ ужасомъ бросились въ сторону, но ихъ и тамъ скоро стала преслѣдовать, какъ страшный, разъяріівшійся потокъ, густая темно -огненная туча дыма, которая все гуще разстилалась по землѣ. Наступила еще большая темнота, гуще и сильнѣе возобновился пепельный дождь . Наконецъ темнота и пепелъ разсѣялисьи по- казалось желтоватое, неблестящее солнце. Природа цѣлыхъ восемь сутокъ не могла со- вершенно успокоиться. Когда, черезъ нѣсколько дней, успокоилась ярость подземныхъ огненныхъ силъ и пересталъ свирѣпствовать потрясенный до основаніяВеаувій, то тамъ, гдѣ еще недавно блистала во всемъ великолѣпіи природа съ ея очаровательными ланд- шафтами и человѣческимъ искуствомъ, солнце, не затмѣваемое болѣе мрачными тучами пепла, освѣтило однѣ развалины и опустошеніе. Самая гора измѣнила свою форму и подымала къ небу новыя вершины; густой слой камней и пыли покрывалъ еще недавно цвѣтущія поля; кругомъ бродили тысячи песчастныхъ, и три города — Стабіи, Герку- ланумъ и Номиеи — исчезли, чтобы черезъ многія столѣтія, въ видѣ могилъ прошед- шаго, освѣтить передъ нами жизнь людей, давно исчезнувшихъ съ лица земли. Но какъ могли такъ хорошо сохраниться засыпанные города? Нотокъ лавы, безъ сомнѣнія, сжегъ бы все, чего бы онъ ни коснулся, но надъ обреченными на гибель городами излились не потоки жидкихъ каменистыхъ породъ, а волны ила, которыя похоронили ихъ подобно муміямъ, на поученіе и удивленіе ны- нѣшнему міру. «Восемь дней и восемь ночей продолжался песчаный и пепельный дождь; къ нему присоединились илистые проливни изъ тучъ, образовавшихся во время изверженія, и вмѣстѣ съ громаднымъ количествомъ немзоваго туфа низверглись на оба города. Лишь этимъ можно объяснить, какъ могли наполниться самыя внутреннія части зданій и даже погреба, и какъ могли такъ хорошо покрыться всѣ предметы веществомъ, которое теперь оказывается пемзовымъ туфомъ, и на которомъ образовались отпечатки, по- добные окаменѣлостямъ первобытнаго міра. Послѣ этого перваго раза надъ Намнеями никогда не изливался потокъ лавы, но иначе было съ развалинами Геркуланума. Хотя масса, наполнившая внутренность домовъ и сводовъ, была и здѣсь, и тамъ въ Густомъ, текучемъ состояніи, но Геркуланумъ, лежавшій ближе къ вулкану, постоянно подвер- гался гораздо, большей опасности быть залитымъ потоками ила, шлаковъ, пемзы и ла- вы. По этой причинѣ, на томъ мѣстѣ, гдѣ нѣкогда солнце освѣщало Геркуланумъ, на- коплялись значительный массы изверженій, которыя теперь покрываютъ его своими пе- ремежающимися слоями на 70, а въ иныхъ мѣстахъ даже на 112 футовъ, между тѣмъ какъ покровъ пепла, подъ которымъ лежать Помпеи, лишь въ немногихъ мѣстахъ глубже 12 или 14 футовъ, а верхняя часть амфитеатра даже всегда выдавалась на поверхность». # Разумѣется, теперешній Геркуланумъ совсѣмъ неимѣетъ того вида, который онъ имѣлъ при первыхъ его раскопкахъ: картины, статуи, всевозможный украшенія, — все это хранится теперь въ томъ или другомъ музеѣ. На разстояніи двухъ часовъ отъ Геркуланума лежитъ другая жертва Везувіл, Пом- пеи; хотя слой, нокрывшій Помпеи, довольно легкій, но этотъ городъ нашли и стали рас- капывать только въ ноловинѣ минувшаго вѣка. Черезъ семнадцать вѣковъ опять явились