b000000208

п ляетъ совершенно отдѣльную часть дома и соединяется гадлереею съ комнатами, въ ко- торыхъ яшвутъ мужчины. Это одно уже доказываетъ, какъ иного у пихъ комнатъ, — имъ иначе и нельзя. У нихъ обыкновенно нѣсколько женъ и при пихъ множество нри- служницъ, да и у мужчинъ пропасть прислуги разнаго рода: варильщикъ кофе или каведжи; чубукчи, подъ вѣдѣніемъ котораго находятся курительныя принадлежности хозяина; особый прщмтникъ, вся обязанность котораго заключается въ томъ, что- бы отворять двери и т. п. У знатныхъ турецкихъ вельможъ бываетъ но цѣлой дюжипѣ этихъ чубучки и каведжи и въ такихъ случаяхъ тутъ есть всегда главный, который распоряжается другими, имѣетъ совершенно особенную комнату и называется каведжи- багаи, чубук- чи-баши и т. п. Кромѣ домовъ, калідый богатый турокъ имѣетъ еще кіоскъ, или лѣтпій навпльонъ. Форма этихъ кіосковъ бываетъ то квадратная, то круглая; они строятся нзъ дерева съ отверстіями для оконъ, закрытыми шторами. Вся меблировка, какъ этихъ-кіосковъ, такъ и жилыхъ покоевъ состоитъ изъ косровъ и дивановъ. Вы здѣсь не найдете ни столовъ, ни стульевъ. Причина отсутствія такой, по мнѣнію европейца, необходимой мебели понятна. Сидя за столомъ на стулѣ, будешь чувствовать жесткость дерева, да и сидѣть приходится болѣе или мепѣе прямо. Совсѣмъ иначе располагаются турки па своихъ софахъ (диванахъ), которыя стоятъ обыкновенно у всѣхъ стѣнъ каждой комнаты. Это неболынія возвышенія, съ красными, набитыми овечьей шерстью матрацами сверху, днемъ покрытые матеріей или коврами и обло- женные подушками, ночью же онѣ служатъ постелью. Вотъна этихъ-то софахъ очень удобно располагается турокъ, поджавъ подъ себя ноги, полулежа и облокотившись на мягкія подушки. Такимъ образомъ избѣгаетъ турокъ всякаго безпокийства. По этой же самой причинѣ ни одинъ изъ нихъ никогда бы не выпесъ нашихъ наркетовъ. Полъ у нихъ всегда покрывается цыновкой или мягкимъ ковромъ, чтобы хозяина не трево- жилъ шумъ шаговъ, чтобы нога его не утомлялась ощущеніемъ жесткаго дерева. Обутъ опъ всегда въ тонкія, легкія туфли и слѣдовательно не чувствуетъ жесткой кожи са. пога. И не только дома у себя опъ наслаждается всѣми этими благами: куда пи пой- детъ, тотъ же комфортъ будетъ его окружать. Катается ли онъ по Босфору, въ каикѣ своемъ онъ тонетъ въ мягріхъ подушкахъ; скачетъ ли онъ верхомъ на зкеребцѣ — -и тутъ сидптъ на мягкомъ сѣдлѣ, какъ въ креслѣ. А если вздумается ему подышать чистымъ воздухомъ, отдохнуть гдѣ-пибудь подъ тѣнистымъ деревомъ, неподалеку отъ фонтана или среди своихъ роскошныхъ цвѣтниковъ, сколько ковровъ, сколько поду- шекъ и сафьяиныхъ тюфяковъ должны сперва разостлать ему рабы. Вздумалось ему для того же кейфа ѣхать за 10, за 20 верстъ, и всѣ его чубукчи, каведжи, по- душки и ковры тоже ѣдутъ выѣстѣ съ нимъ. Тотъ чубукъ, изъ котораго онъ будетъ курить, опрыскиваютъ водою, чтобы дымъ былъ свѣжѣе и ирохладпѣе; на прогулку эту трубку понесутъ въ шелковомъ чехлѣ. Да иначе и нельзя, такъ какъ на трубкахъ сосредоточенъ не только весь изящ- ный вкусъ турка, но въ болынинствѣ случаевъ и огромная часть его богатства. По мѣрѣ того, какъ падаетъ воинственный духъ турка, на украшеніе чубуковъ все больше употребляютъ золота и камней, которые прежде шли па оружіе. У нѣкоторыхъ, кромѣ янтарныхъ мунштуковъ, убранныхъ эмалью, кораллами и драгоцѣнными камнями, са- мыя даже трубки покрыты настоящей позолотой и усыпаны алмазами. У самыхъ бога- тыхъ, вмѣсто простаго чубука, слуга несетъ за ними въ сафьяномъ футлярѣ велико - лѣпный кальянъ, или трубку, изъ которой курятъ крѣнкій табакъ, пропуская его че- резъ воду, налитую въ золоченыя наргнлэ (такъ называются вазы, которыя служатъ въ этихъ случаяхъ для кальяна). Но и въ этихъ прихотяхъ, необыкновенно утончен-