b000000208

269 Ты будь капптаномъ замѣсто меня; Покуда-же, дѣти, вы саблей моей Зеленыхъ въ дѣоу нарубите вѣтвей, Я лягу на тѣхъ на зеленыхъ вѣтвяхъ И каяться стану попу во грѣхахъ: Арматолоиъ долго въ горах ъ я служилъ,. Албанцевъ п турокъ безь счету побнлъ, Но видно чередъ наступаетъ и мой... Вы гробъ сколотите мнѣ, дѣти, большой, Чтобъ былъ онъ просторенъ, широкъ и высокъ. Чтобъ саблей въ гробу я размахивать могъ, Чтобъ могъ и винтовку я тамъ заряжать, И въ турокъ невѣрныхъ оттуда стрѣлять...» Трудно описать сиѣлость и дерзость клефтовъ. Какъ ни велико было ихъ число, все-таки это была горсть передъ турецкими войсками; тѣмъ не менѣе они часто всту- пали съ ними въ открытый бой и одерживали блистательный нобѣды, до тла разоряли села, даже цѣлые города. Въ этихъ случаяхъ у нихъ былъ такой обычай; въ село, съ котораго клефтырѣшилисдѣлатьноборъ, они посылали письменное заявленіе о томъ, что желаютъ получить такую-то сумму деньгами, то и другое натурой, и все это нри- казываютъ немедленно доставить въ назначенное мѣсто. Это посланіе обыкновенно кон- чалось угрозой сжечь все до тла, если требованіе будетъ не исполнено, или если даже будетъ выполнено неаккуратно. Обыкновенно за этими требованіями слѣдовали унижен- ныя просьбы и мольбы жителей, изложенныя тоже на бумагѣ, пощадить ихъ и умень- шить требованія. Иногда клефты на это соглашались, иногда нѣтъ. И тогда для не- , счастныхъ жителей наступала въ высшей степени критическая минута: они боялись не исполнить требованія клефтовъ, такъ какъ грозное посланіе, написанное на листѣ бу- маги, углы которой были сожжены, напоминало имъ каждую минуту, что ихъ ждетъ въ случаѣ отказа. Съ другой стороны и выполнить требованіе клефтовъ было для жи- телей точно также опасно, такъ какъ они накликали на себя этимъ преслѣдованіе со стороны турокъ, которые въ такихъ случаяхъ не оставляли камня на камнѣ тамъ, гдѣ клефты могли что нибудь получить. Съ одной стороны это даетъ ясное понятіе о томъ, какъ разоряли въ это время бѣдный народъ, съ другой какъ смѣло и отважно держали себя клефты. Это уже не было внезапное нанаденіе ночью, а открытое требованіе, повелительная грамота, какъ отъ людей власть имѣющихъ. Объ ихъ вымогательствѣ обыкновенно напередъ знали всѣ: и жители, и власти, и ни тѣ, ни другіе не могли предотвратить ихъ грабежа, . или послѣдствій ихъ угрозы. Однако суровые клефты во многихъ отношеніяхъ отличались рѣдкими добродѣте- лями. Особеннаговниманіязаслуживаетъихъотношеніекъжепщинамъ.Нападаяврасплохъ на турокъ, а иногда и на своихъ собратій, имъ часто приходилось брать въ плѣнъ турецкихъ и греческихъ женъ и дочерей и держать ихъ, иногда по недѣлямъ, въ своемъ плѣну, среди непроходимыхъ горъ и дремучихъ лѣсовъ. Они обыкновенно держали жен- щипъ, пока не получали выкупа. Очень часто имъ попадались дочери и жены бѣдныхъ турокъ, и тогда они пускали ихъ на всѣ четыре стороны. Всѣ женщины, бывшія у нихъ въ плѣну, единогласно свидѣтельствовалп, что ни разу ни капитанъ, ни его на- іикары, не позволяли себѣ нанести имъ ни малѣйшаго оскорбленія. Капитана, кото- рый, хотя бы словомъ, оскорбилъ плѣнницу, наликары немедленно оставляли; разска- зываютъ, что одинъ изъ нихъ былъ за это даже умерщвленъ, какъ человѣкъ навсегда