b000000208

226 съ ногъ до головы. Обыкновенно такой колодезь даетъ петролеума до 360 литровъ (литръ — около 3 / 4 нашего штофа) въ день; 500 литровъ въ день считается щедрой награ- дой за трудъ. Иногда во время работы вода прибываетъ въ такомъ количествѣ, что по не- волѣ приходится бросить колодезь, и тогда весь трудъ пропадаетъ даромъ. Хорошій ко- лодезь даетъ петроліумъ втеченіе цѣлаго года, но въ послѣдніе мѣсяца его добываютъ все меньше и меньше. Въ Бухарестѣ, Галлатѣ и Плоештѣ, не говоря уже о другихъ мѣстностяхъ, суще- ствуютъ заводы для выдѣлки петролеума. Общепринятый здѣсь снособъ обработки, въ болыпинствѣ случаевъ, не можетъ считаться особенно удачнымъ. УВЕСЕЛЕНЫ РУМЫНЪ. Ярмарка и ея оживленіе. — Каіюзарп. — Народные танцы. Утверждаютъ, что слово Бухареста происходитъ отъ букуръ, что означаетъ радость, удовольствіе, и если это вѣрно', то это названіе вполнѣ подходящее. Игра въ карты, выѣзды, балы, опера, обѣды, ужины, танцы — вотъ какъ проводятъ и будни, п праздники маломальскп состоятельные люди. Простой народъ, разумѣется, не можетъ цѣлые дни предаваться удовольствіямъ, тѣмъ не менѣе и онъ только и думаетъотомъ, какъ С}ы поскорѣе сдать работу и отправиться днемъ въ корчму, выпить и поболтать съ товарищами, вечеромъ поплясать съдѣвушками, а старики — посмотрѣть на пляску, послушать музыку, затянуть пѣсню. Ярмарка — самое оживленное время для румынъ. Она начинается обыкновенно 9-го мая и продолжается цѣлую недѣлю. На нее съѣзжается изъ окрестностей множе- ство народу. Болѣе всего здѣсь торгуютъ на этой ярмаркѣ горцы изъ Еарпатъ; они продаютъ горшки и другую глиняную посуду, корзины, бездѣлушки изъ окрашеннаго стекла и груды браслетъ, каждый дешевле гроша. Между грубыми произведеніями гор- цевъ-румынъ вы часто встрѣчаете сосуды и вазы, сходные СЪ' этрусскими. На этой ярмаркѣ жители запасаются необыкновенно дешево всѣмъ необхо- димымъ для хозяйства, а все остальное скупаютъ мелочные торговцы и потомъ въ нродолженіи года продаютъ въ 10 разъ дороже. На ярмарочное движеніе соби- рается смотрѣть и высшее общество. «Весь Бухарестъ и плебейскій, и фешенебель- ный-, стремится ежедневно на ярмарочную площадь, на гулянье. Вереницы каретъ, ко- лясокъ, ландо и бричекъ тянутся гусемъ между густыми толпами народа. Музыка гре- митъ въ десяти, въ двадцати мѣстахъ разомъ и все разное; бухаютъ турецкіе бара- баны, звякаютъ металлическія тарелки, визжатъ цыганскія скрипки и дудки, тромбоны рѣжутъ ухо своимъ усерднымъ, но не всегда стройнымъ аккомпаниментомъ, — все это, вмѣстѣ съ шумомъ игрушечныхъ трещетокъ, свистомъ глиняныхъ уточекъ, звономъ бубенчиковъ и колокольчиковъ, пѣснями и возгласами народной массы, представляетъ хаосъ невозможныхъ музыкальныхъ диссонансовъ, новсеэто дышетътакимъвесельемъ, такою жаждою жизни, которая сказывается и въ этихъ диссонансахъ, и въ яркой пе- •стротѣ наряд овъ, и въ этомъ неугомонномъ движеніи съ ранняго утра до поздней ночи,