b000000208

206 номъ маслѣ. Румыны очень любятъ также дѣлать лснешки изъ маисовой муки, а бѣд- няки, въ особенности румынскіе цыгане, недозрѣвшія мансовыя шишки просто жарятъ на угольяхъ и ѣдятъ. Хотя болѣе всего здѣшніе крестьяне унотребляютъ растительную нищу, но отъ времени до времени у нихъ появляется и баранина: ее ѣдятъ здѣсь и вареную, и жареную, и печеную на вертелѣ и просто на угольяхъ. Въ праздникъ у за- житочнаго крестьянина можно встрѣтить четыре и пять блюдъ, и всѣ изъ баранины: сунъ изъ баранины, конченые бараньи языки, рубленая баранина, запеченная въ лис- тахъ и т. д. до безконечности. Пыотъ такзке здѣсь, какъ и вездѣ на востокѣ, шербетъ . Виноградное вино очень дешево, такъ какъ виноградъ здѣсь растетъ во многихъ мѣстахъ, а яблоки, груши, арбузы, дыни въ пзобиліи у каждаго крестьянина. При высокомъ ростѣ румынъ, короткое платье очень идетъ къ нимъ. Черты лица правильны, нѣсколько крунныя, носъ большой, выразкеніе лица задумчивое, доброе ум- ное и открытое. Румыны совершенно особая народность, съ своимъособымъязыкомъ, чрезвычайно схожимъ съ латинскимъ . Что касается ихъ происхожденія, то одни утверждаютъ, что они ироисходятъ отъ даковъ, а другіе — отъ римлянъ. Какъ бы то ни было, но поло- жительно извѣстно, что Дакія была колонизована римлянами, а затѣмъ страну по очереди наводняли готы, гунны, авары, болгары. Войны въ древности были страшно опустошительны, и каждый изъ народовъ, начиная господствовать въ странѣ, истреблялъ свонхъ предшественниковъ; но никакое племя, какъ бы кровожадно и многочисленно оно ни было, не могло опустошить край до того, чтобы ни лѣсъ, ни горы, никакія убѣ- жища не укрыли жителей отъ преслѣдованія. Ненремѣнно должны были уцѣлѣть остатки каждаго племени, т. е. даковъ, римлянъ, готовъ, гунновъ и др.; изъ нихъ мало по малу слагалась особая народность, разнохарактерность которой отразилась на народныхъ обычаяхъ, типахъ и языкѣ. Латипскій элемента болѣе всего замѣтенъ въ языкѣ; впрочемъ и славянское вліяніе было не менѣе сильно, особенно въ началѣ, когда румыны даже писали кирилицею, къ которой они присоединили нѣкоторыя новыя буквы. Только въ самыя нозднѣйшія времена румыны сдѣлали попытку ввести ла- тинскую азбуку и теперь пишутъ и нечатаютъ латинскими буквами. Теперь румынскій языкъ сталъ развиваться и получилъ способность выражать самыя отвлеченный идеи; онъ сдѣлался орудіемъ крарнорѣчія въ налатахъ, въ церквахъ и въ печати. Но еще 40 лѣтъ тому назадъ средства этого языка были такъ ограничены, что онъ былъ при- годенъ лишь для выраженія обыденныхъ потребностей. И не мудрено: при константи- нонольскихъ фонаріотахъ, подъ тяжелымъ игомъ которыхъ народъ цѣпенѣлъ 150 лѣтъ, не только изъ румынскихъ школъ, но даже и изъ церквей былъ изгнанъ румынскій языкъ и замѣненъ греческимъ. Подъ конецъ управленія фанаріотовъ народъ дошелъ до того, что не только сталъ забывать свой языкъ, но даже стыдился говорить на немъ. Народъ тогда говорилъ по-гречески, а высшіе слои общества — по французски. Нынѣ отъ послѣдняго простолюдина до перваго боярина— все заговорило на своемъ родномъ языкѣ, всѣ принялись изучать его и обработывать. Тяжелый гнетъ, испытанный румынами, оставилъ глубокій слѣдъ въ нѣсняхъ этого народа. Народная пѣсня выражаетъ всѣ его мысли и душевныя стремленія. Она пере- ходитъ изъ ноколѣнія въ ноколѣніе прежде всего черезъ женщинъ, который прилажи- ваютъ ее ко всѣмъ обстоятельствамъ своей жизни: нѣтъ такого чувства, положенія, горя, счастья, для которыхъ бы румынка не нашла подходящей пѣсни. А еслинаконецъ, ея и не нашлось, — это нисколько не затруднить румынку! Она немедленно импровизи- руетъ новую нѣсню, которую часто тотчасъ сама заб'ываетъ, а иногда ее подхваты-