b000000208

115 голову, кромѣ длиннаго пучка вояосъ на макушкѣ. Этотъ обычай употребителенъ еще п теперь у албанцевъ, черногорцевъ и старыхъ сербскихъ крестьяпъ. Но далее и тѣ изъ нихъ, которые много переняли у турокъ въ своей обстановкѣ и въ своей одеждѣ, рѣзко отличаются отъ нихъ. Болгаринъ-добродушенъ, простъ и на видъ. чрезвычайно скроменъ; турокъ — чванный и надменный. Болгары всѣ брѣютъ бороду, оставляя усы, а у турокъ длинная борода. Въ болыпинствѣ случаевъ однако болгаринъ, особенно теперь, рѣзко отличается отъ турка и но своей одеждѣ. Вмѣсто чалмы и феса онъ носить чу бару; его рубашка съ широкими рукавами красиво и пестро вышита на грудиинлечахъ. Свѣтлые штаны, лѣтомъ изъ полотна, а зимою изъ грубаго сукна, подвязаны ниже колѣнъ те- семками или ремнемъ; новерхъ у таліи эти штаны много разъ обертываются шпрокимъ кушакомъ или шарфомъ, за которымъ засунутъ ножикъ въножнахъ. Въ холодное время люди побогаче носятъ куртку, вышитую чернымъ снуркомъ, а нѣкоторые длинный каф- танъ. Обувью служатъ обыкновенно самодѣльныя опанки или бабуши (турецкія туфли). Впрочемъ мужская одежда, какъ и женская , различна смотря по мѣстности. Костюмъ болгарскаго горонганина нисшихъ классовъ отличается отъ онисаннаго здѣсь болѣе тем- нымъ цвѣтомъ сукна и фесомъ, котораго не носятъ въ деревняхъ. Врачи, учителя, од- нимъ словомъ все, что причисляетъ себя къ интел лигенціи, приняло теперь европейскій костюмъ. Въ праздничныхъ обрядахъ болгаръ, какъ и у другихъ славянъ, сохранилось мно- го древнихъ, языческихъ обычаевъ. Но народные обычаи въ болыпихъ городахъ Бол- гаріи уже давно или исчезли, или искажены; въ полной неприкосновенности они сохра- лись только въ деревняхъ и селахъ. Вотъ какъ они праздну ютъ Рождество. Только что наступитъ 20-е декабря, все поднимается на ноги, почти въ каждомъ домѣ быотъ сви- ней (когда бродитъ у двора нѣсколько свиней, то уже но одному этому можно на- вѣрно сказать, что тутъ живутъ не турки, а болгаре, — магометанскій законъ занре- щаетъ ѣсть свинину), дѣлаютъ колбасы; бѣлятъ избы красной и бѣлой глиной, а кто позажиточнѣе, известью; стираютъ, метутъ и проч. Такая работа продолжается до са- маго сочельника, день, съ котораго у нихъ и начинаются святки и продолжаются до 8-го Января. Въ продолженіи этихъ четырнадцати дней веселыяпѣсни, хороводы, звуки скрипокъ, волынокъ, свирѣлей несутся отовсюду и не умолкаютъ съ утра до утра. Да и можетъ ли быть иначе? Болгарка, если только она здоровая дѣвушка, даже и въ будни не можетъ жить безъ пѣсенъ и плясокъ, а на то и праздники, чтобы больше веселиться, шумнѣе, рѣзвѣе проводить ихъ, чѣмъ обыденные дни. Утромъ наканунѣ Роагдества женщины еще до восхода солнца идутъ па рѣку съ пѣснями, останавливаются у воды, пляшутъ и наконецъ наливаютъ воду въ котлы, бросая туда сухіе цвѣты, пшеницу и ячмень. Возвращаются онѣ домой и замѣшиваютъ на этой водѣ хлѣбъ, въ которомъ обыкновенно запекаютъ золотую или серебряную мо- нету. Отъ хлѣба этого вечеромъ каждый отломитъ себѣ кусочекъ, и, кому достанется монета, тотъ будетъ самымъ счастливымъ въ семей ствѣ. Когда начинаютъ нечь хлѣбъ и гововить кушанье для вечера, старшій въ домѣ выходитъ на дворъ съ зажженною лучиною въ рукахъ; за нимъ идетъ вся семья тоже съ зажженными лучинками. Тутъ они поднимаютъ дубовое нолѣно, снимаютъ шапки и читаютъ молитву: «Христосъ рождается, славите». Затѣмъ вносятъ это дерево въ домъ, кладутъ его на огонь и опять читаютъ молитву «Христосъ са роди»; «истинно са роди», отвѣчаютъ, и вся семья цѣлуется другъ съ другомъ. Тутъ а;е кто нибудь бе- ретъ обгорѣлое полѣно и ударяетъ имъ о печь. Если посыпется послѣ перваго удара много искръ, они принимаютъ это за знакъ того, что этотъ годъ у нихъ родится много лошадей; искры отъ втораго удара — предсказываютъ плодовитость коровъ; третій ударъ