b000000208

108 и задремалъ. Что имъ дѣлать, какъ не дремать; если турокъ не ходить, такъ онь, извѣстно, всегда дремлетъ, а то такъ даже и походя дремлетъ. Только онъ это но своему обычаю задремалъ, а самодиви тутъ-какъ тутъ: обступили спящаго, стали кругомъ его хороводомъ кружиться, плясать. Потомъ одна наклонилась надъ нимъ и всѣ вдругъ. исчезли. Проснулся турокъ, хочетъ подняться, да какъ-бы не такъ — ничего не ви- дитъ, — самодивы его ослѣпили. «Это еще что! возражаетъ другой, самодивы рѣдко дѣлаютъ зло человѣку. Авотъ юди (ихъ так:ке называют ь стщ — это въ родѣ нашихъ русалокъ), такъ отъ нихъ и не думай спастись, сейчасъ утащутъ въ воду...» и долго, долго разсказываетъ юнакъ товарищу, какъ эти женщины живутъ въ водѣ, какъ иногда онѣ выходятъ ночью на берегъ, разчесываютъ свои длинным косы и увлекаютъ проходящихъ въ воду; при этомъ онъ, конечно, нрибавлявтъ, что больше всего достается отъ нихъ турецкому отродью. Въ самовплъ и самодивъ — (феи, въ родѣ сербскихъ вилъ и нѣмецкихъ эльфовъ) иѣритъ весь болгарскій народъ. По ихъ нонятію эти феи госнодствуютъ надъ полемъ, дѣсомъ, рощами, ключами и долинами. Въ честь ихъ установлены даже праздники, ко- торые празднуются въ продолжеиіп 8-ми дней. Во время этихъ праздшіковъ, которые во многихъ мѣстностяхъ сиравляютъ до наступленія лѣтнихъ дождей, приводятъ и нри- носятъ въ лѣсныя прогалины, гдѣ ростутъ розы (любимая нища самовилъ) множество больныхъ, стражду щихъ меланхоліей, умономѣшательствомъ, падучей и другими неиз- лечимыми болѣзнями. Этихъ больныхъ такъ и оставляютъ на ночь однихъ въ лѣсу, въ томъ убѣжденіи, что вилы въ свой праздникъ соберутся сюда и будутъ водить хоро- воды вокругъ больныхъ и рѣшатъ ихъ судьбу — жить имъ пли умереть. Вѣра въ самовилъ такъ сильна, что болгарскія женщины, не смотря на то, что чрезвычайно любятъ украшать голову цвѣтами, никогда не нриколятъ дикихъ розъ къ своимъ волосамъ, опасаясь несчастья въ томъ случаѣ, если вилы прикосну- лись къ нимъ. Образованный врачъ не имѣлъ бы здѣсь никакой практики. Для исцѣленія глазъ народъ ходить къ ключамъ, которые слывутъ цѣлебными въ глазной болѣзнн и въдру- гихъ случаяхъ. Большая часть болѣзней лечится заклинаніями, но это далеко не при- носитъ такого вреда, какъ лекарки, которыя для излеченія употребляютъ самыя вар- варскія средства. Вънѣкоторыхъ болѣзияхъ. больнымъ прикладываютъ къ груди раска- ленный металлическій крестъ, въ другихъ — накалываютъ булавками различным части тѣла. Па могилу только-что умершаго человѣка втыкаютъ три веретена в ъ над сікдѣ ото- гнать отъ него злаго духа. Въ каждой деревнѣ есть «вѣдунья», знающаяся съ домо- выми: ее боится не только народъ, но даже мѣстные священники оказываютъ ей вниманіе и уваліеніе , и нерѣдко сами нрибѣгаютъ къ ней за совѣтами. Здѣшнее духо- венство крайне невѣяіественно и усвоило себѣ только внѣшнюю форму христианства, по- этому между болгарами до сихъ поръ сохранилось мнозкество языческихъ и старо-сла- вянскихъ обычаевъ. Между ними первое мѣсто занимаютъ всѣ обычаи по отношенію къ мертвымъ. По понятіямъ народа покойникъ не долженъ ни въ чемъ нуждаться, и живые обязаны какъ можно чаще доказывать ему, что они его помпятъ. Память о нокой- никѣ и желаніе доставить ему все нужное должно выражаться прежде всего въ томъ, чтобъ какъ можно чаще носить ему на могилу пищу и питье. Вѣра эта такъ глубоко коренится въ болгарахъ, что лишь только какой нибудь женщинѣ приснится ея умер- шій мужъ или родственникъ, она тотчасъ должна нести ему на могилу ѣду и питье. Три года спустя послѣ погребенія, кости усопшихъвыкапываютъизъ земли, нере- мываютъ, складываютъ въ полотняный мѣшокъ, приносять въ церковь и кладутъ не-