b000000208

102 бѣлятъ известкой, а крышу иокрываютъ черепицею, а иногда соломою. Внутри домъ обыкновенно раздѣленъ на двѣ комнаты, которыя отличаются большой опрятностью. Еромѣ того есть еще кладовая, гдѣ прячутъ съѣстные припасы. Обстановка жилищъ весьма бѣдная. Земляной нолъ плотно утоптанъ и нокрытъ рогожками и шерстян- нымъ коврикомъ домашней работы. Два, три сундука составляютъ обыкновенно всю мебель. Очень часто вся семья спитъ въ повалку, вокругъ очага, который въ холодное время никогда не гасятъ и на которомъ днемъ готовятъ обѣдъ. Русскаго человѣка въ жилищѣ болгарина болѣе всего поражаетъ отсутствіе печей, скамеекъ и столовъ. Оби- ліе цыновокъ, ковровъ, постелей, подушекъ, одѣялъ, которое находишь даже въ са- момъбѣдномъ жилищѣ, не воанаграждаютъ за необходимость сидѣть на полу, по восточ- ному обычаю, съ поджатыми ногами. Болгары даже и тамъ, гдѣ можно провести почь съ болыпимъ комфортомъ, никогда не раздѣваются, ложась спать, и никогда почти не моются, развѣ уже передъ какимъ нибудь болыпимъ нразднпкомъ. Постели, свернутыя въ трубку, днемъ убираютъ въ одинъ изъ угловъ комнаты. Въ жилищахъ болѣе зажи- точныхъ людей, какъ и у турокъ, вдоль стѣнъ стоятъ диваны. А еще чаще скамейки съ тюфяками, покрытые цвѣтной матеріей. У одной изъ стѣнъ углубленіе, въ кото- ромъ помѣщаютъ грубо намалеванные образа: св. Дмитрія, Кузьмы и Демьяна, Кирил- ла и Мефодія, Іоанна Крестителя и т. п. Передъ болѣе почитаемыми иконами горитъ лампадка. На нолкахъ на первомъ мѣстѣ стоитъ кофейникъ, чашки, глиняная посу- да и другіе предметы домашняго обихода. Въ углу ненремѣнно стоитъ мангалъ — мѣд- ный или желѣзный тазъ на трехъ ножкахъ, въ которомъ горятъ угли; вокругъ него въ холодные дни собираются болгары и грѣютъ ноги. Чѣмъ богаче болгаринъ, тѣмъ болѣе найдете вы у него мѣдной посуды. Пищу варятъ на оаагѣ, надъ которымъ виситъ мѣдный котелъ. Но бѣденъ или богатъ хозяинъ, вездѣ царствуетъ необыкновенная чистота; полъ хотя и земляной, но этого не замѣтишь съ перваго раза,^ — такъ онъ всегда чисто выметенъ, такъ плотно убита на немъ земля. Вездѣ пыль вытерта, все стоитъ на своемъ мѣстѣ, каждый уголокъ говоритъ о сильной привязанности къ домаш- нему очагу, о любви къ тихому, семейному счастію и о необыкновенной домовитости и хозяйственности. При каждомъ домѣ есть огороженный дворъ; волы и буйволы, которыми болгары обработываютъ свои поля, стоятъ въ хлѣвахъ. Главное богатство каждаго болгарина — множество домашней птицы; гусей, утокъ, куръ, индѣекъ. Однако за столомъ болга- рина вы чрезвычайно рѣдко найдете нтицу; онъ держитъ ее для продажи, хотя она стоитъ здѣсь баснословно дешево. Но болгарина до сихъ поръ душили налогами и по- датями, и не смотря на то, что птица доставляла ему самый ничтожный доходъ, онъ считалъ для себя роскошью имѣть ее за своимъ столомъ. Особенною бѣдностыо жилища болгаръ поражаютъ на сѣверѣ, гдѣвънѣкоторыхъ мѣстностяхъ они живутъ даже въ подземельяхъ, въ какихъ то ужасныхъ землян- кахъ. Чтобы войти въ такое жилпшѣ, нулшо спуститься па 2, на 3 аршина въ землю, всегда по скользкимъ, а зимою по обледенѣлымъ ступенькамъ. Отворивъ низенькую дверь, сразу очутишься въ какомъ-то темномъ сыромъ про стран ствѣ, изъ котораго не- сетъ страшного вонью. Вмѣсто пола — подъ ногами липкая грязь. Когда глазъ привык - нетъ къ темнотѣ, первое, что различишь, — пара воловъ, которые стоятъ въ сторонкѣ, на навозной подстилкѣ. На балкѣ у потолка развѣшаны кочни капусты, чеснокъ, • лукъ, кукуруза и наконецъ красный стручковый перецъ — ■ лакомство болгаръ всѣхъ возрастовъ. Здѣсь же висятъ для просушки воловьи шкуры, которыя вмѣстѣ съ лжи- выми экземплярами этихъ животныхъ издаютъ ужасный запахъ. Стѣны осенью по- крыты плесенью отъ сырости, а зимою серебристымъ налетомъ изморози. Въ оконцѣ