b000000208

92 языкъ, псе болѣе вносили тп, свои правы обычаи турокъ и греков!.. Ихъ духовные іерархи, которые все еще кое-какъ держались, хотя давно уже не имѣли никакого го- лоса въ стоіицѣ, теперь замѣнены были греками, и патріархія въ Тырновѣ нереимено- вапа въ экзархатъ всей Болгаріи. Теперь въ Болгаріи не существовало высшаго сосло- вія, какъ свѣтскаго, такъ и духовнаго. Чтобы уснѣшнѣе грабить несчастныхъ фана- ріоты, отъ времени до времени, ноддѣлывались къ нимъ, показывали даже видъ, что всякая вражда забыта. Въ ту минуту, когда убитые горемъ болгары начинали имъ вѣрить, они нодъ величайшею тайною открывали имъ, что турки собираются ограбить ихъ церковныя сокровища и устраивали дѣло такъ, что болгары, съ искреннею благо- дарностью, поручали имъ припрятать все, что было подороже. Кончалось обыкновенно тѣмъ, что, взявъ золотую и серебрянную церковную утварь, будто бы на сохраненіе, фанаріоты старались поскорѣе сбыть банкирамъ и употребляли эти деньги но своему усмотрѣнію. Вмѣсто того, чтобы заступаться и защищать иередъ турецкимъ правитель- ствомъ своихъ братьевъ по вѣрѣ, греческіе іерархи зорко слѣдили за каждымъ болга- риномъ, не обмолвится ли онъ какимъ нибудь словомъ противъ турокъ, а въ случаѣ если и это не удавалось, просто на-просто клеветали на него, какъ на злоумышлен- ника, и дѣло кончалось тѣмъ, что болгарина сажали на колъ. По настоянію греческаго духовенства славянская обѣдня скоро была замѣнена греческой. Вездѣ стали жестоко иреслѣдовать всѣхъ болгаръ, говорящихъ на своемъ родиомъ языкѣ. Греческій языкъ стали вводить во всѣхъ болгарскихъ школахъ и училищахъ. Скоро болгары такъ огре- чились, что уже, въ началѣ нынѣшняго столѣтія, тотъ, кто не умѣлъ говорить по гречески, считался у нихъ круглымъ невѣждою. Не только дѣловую, но даже и част- ную корреснонденцію вели на греческомъ языкѣ. Если спрашивали болгарина о егона- ціональности, то онъ нерѣдко,даже въ Тырновѣ, выдавалъ себя за грека. Весьма мно- гіе изъ нихъ оскорблялись, когда ихъ называли болгарами. Названіе «болгаринъ» сдѣлалось бранной кличкой. На болгарскомъ языкѣ говорили только дома, такъ какъ зкенщины рѣдко учились греческому языку. Не смотря однако на то, что болгары огре- чились, ихъ ненависть къ грекамъ росла все болѣе и болѣе. Ее вызывало не только предательское отношеніе къ нимъ грековъ, но и холопское отношеніе этихъ послѣдпихъ къ Портѣ, ихъ корыстолюбіе и жадность, ихъ поборы и взятки, которыя все болѣе и боіѣе тяжелымъ бременемъ ложились на нлечи болгаръ. Этотъ гнетъ былъ ещечувстви- тельнѣе для болгарскаго духовенства. Подчиненный енискоиу свящепникъ нигдѣ немогъ найти защиты противъ его произвола. Греческіе епископы употребляли всѣ усилія, что- бы держать болгарское духовенство въ крайнемъ невѣжествѣ и нищетѣ. За свое иосвя- щеніе священникъ долженъ былъ давать греческому духовенству чрезвычайно тяжелую для него взятку, нослѣ которой ему уже трудно было поправиться; онъ долзкенъ былъ весь свой вѣкъ трудиться, какъ простой крестьяшшъ, отъ котораго онъ отличался только бородой. Чтобы окончательно унизить въ глазахъ паствы болгарскихъ священ- никовъ, греческое духовенство обращалось съ ними какъ съ рабами, какъ съ безсло- весными животными: иной епископъ заставитъ болгарскаго священника носить себѣ воду, ухаживать за своимъ скотомъ, выполнять самыя тяжелыя работы. Нерѣдко въ нрисутствіи собравшихся нрихожанъ еписконъ немилосердно билъ священника и об- ращался съ нимъ не лучше любаго нашего помѣщика во время крѣпостнаго нрава. Однако введен іе греческаго языка въ школы и училища, греческая литургія, од- нимъ словомъ совершенная гелленизація болгаръ, ихъ совершенное устраненіе отъ выс- шихъ должностей, все это казалось еще недостаточнымъ для фанаріотовъ. Они возд- вигли гоненіе иа все болгарское. Болгарскія рукописи, которыя были пощажены даже