b000000203

— и ~ в . САТИРА: ЧУЖОЙ толкъ (ітэз 1 . С"). «Что за диковинка? лѣтъ двадцать ужъ прошло, Какъ мы, напрягши умъ, наморщивши чело , Со всеусердіемъ все оды пишемъ, ни- ше лъ, А ни себѣ, ни нмъ похвалъ нигдѣ не слышимъ ! Ужели выдалъ Фебъ свой именной указъ, Чтобъ не дерзалъ никто надѣяться изъ насъ Быть Флакку ( и ), Рамлеру ( 12 ) и ихъ со- братьи равнымъ, И столько жъ, какъ они, во пѣснопѣньѣ славнымъ? Какъ думаешь?... Вчера случилось мнѣ сличать И ихъ и пашу пѣснь: въ ихъ... нечего читать! Листочекъ, много три, а любо, какъ читаешь — Не знаю, какъ-то самъ какъ будто бы летаешь! Судя по краткости, увѣренъ, что они Писали ихъ, рѣзвясь, а не четыре дни: То какъ бы намъ не быть еще и ихъ счастливѣй, Когда мы во сто разъ прилежпѣй, терпѣливѣй? Вѣдь нашъ начнетъ писать, то всѣ за- бавы прочь! Надъ парою стиховъ просиживаетъ ночь, Потѣетъ, думаетъ, чертитъ и жжетъ бумагу; А иногда беретъ такую онъ отвагу. Что цѣлый годъ сидитъ надъ одою одной! И подлинно, ужъ весь приложитъ разумъ свой! Ужъ прямо самая торжественная ода! Я не могу сказать (' 3 ), какого это рода; Ио очень полная, иная въ двѣсти ( и ) строФъ ! Судите жъ, сколько тутъ хорошихъ есть стишковъ! Къ тому жъ и въ правилахъ: сперва прочтешь встунленье, Тутъ предложеше, а тамъ и заключенье — Точь въ точь, какъ говорятъ учены по церквамъ ( І5 )! Со всѣмъ тѣмъ нѣтъ читать охоты, вижу самъ . Возьму ли, на нримѣръ, я оды на по- бѣды ( ,(! ), Какъ покорили Крымъ, какъ въ морѣ гибли Шведы: Всѣ тутъ подробности сраженья нахожу, Гдѣ было, какъ, когда, • — короче я скажу: Въ стихахъ реляція! прекрасно!... а зѣваю ! Я, бросивши ее, другую раскрываю. На праздникъ иль па что подобное тому: Тутъ найдешь то, чего бъ нехитрому уму Не выдумать и ввѣкъ: «зари багряны персты» , И «райскій кринъ» , и «Фебъ», и «небеса отверсты»! Такъ громко, высоко!... а нѣтъ, не весе- литъ, И сердца, такъ сказать , ничуть не шевелить! » Такъ дѣдовскихъ времепъ съ любез- ной простотою Вчера одипъ старикъ бесѣдовалъ со мною. Я, будучи и самъ товарищъ тѣхъ пѣв- цоізъ, Которыхъ дѣйствію дивился онъ стиховъ. Смутился и не зналъ, какъ отвѣчать мпѣ должно. Но къ счастью — ежели назвать то счасть- емъ можно, Чтобъ слышать и себѣ ужасный при- говоръ, — Какой-то аристархъ съ нимъ началъ разговоръ. «На это», онъ сказалъ, «есть многія причины;