b000000203

вѣкъ и хорошій авторъ— понятія несовмѣ- стимыя. Въ другомъ разсказѣ; «Пустын- вик-ь», любопытно сходство мыслей у ан- гліНскнго путешественника и швейцарскаго пустынника сь одной стороны и у Карам- зина съ другой. б) Нѣсколько статей изь Бониетова «Со- зерцанія природы» (Сопіешріаііоп (1е 1а паіиге). в) Аркадскій памятник'ъ, сельская драма иь одномъ дѣйствіп (изъ Вейсе). г) Весна, Лѣто, Осень и Зима, изь поэмы англійскаго поэта Томсона; г Времена года», и заключительный гимнъ къ этой поэмѣ. д) Прогулка, сочиненіе. е) Вѣроятно, имъ же написана «русская старинная повѣсть: Евгеніи и Юлія» (Подробности см. въ указанной статьѣ моей о Карамзинѣ). |г ) «Сочйнеиія Карамзина, изд. 3-ье (1820), въ 9 ч.» Отдельное издэніе Писем ь нам. 1797 — 1801 г. г. въ 6 ч., подь заглавіемъ: «Письма Русскаго Путешественника», съ эпиграФомъ: Кто въ мирѣ и любви умѣетъ жить съ собою, Тотъ радость и любовь во всѣхъ странахъ пайдетъ. Авторъ посвятилъ ихъ семейству друзей своихъ Плщвх. (Плещеевыхъ): «къ Вамъ писанное Вамъ же и посвящаю». Это се- мейство находилось въ чнслѣ короткихъ московскихъ знакомствъ Карамзина. Пер- вая его супруга, Елизавета Ивановна Про- тасова, была сестра жены Плещеева. Ире- дисловіе къ «Письмамъ» оправдываетъ вне- сеніе въ нихъ многихъ мелочей, пестроту и неровность слога: «Я хотѣлъ при новомъ изданіи {*) мно- гое перемѣпить въ сихъ письмахъ, и.... не неремѣнилъ ничего. Какъ они были писа- ны, какъ удостоились лестнаго благоволе- вія публики, пусть такъ и остаются. Пест- рота, неровность въ слогѣ есть слѣдствіе различныхъ предметовъ, которые дѣйство- вали на душу молодаго, ыеопытнаго рус- скаго путешественника: онъ сказывалъ друзьямъ своимъ, что ему приключалось, что онъ видѣлъ, слышалъ, чувствовалъ, думалъ— и описывалъ свои впечатлѣвія не на досугѣ, не въ тишинѣ кабинета, а гдѣ и какъ случалось — дорогою, на лоскуткахъ, карандашемъ. Много неважнаго, мелочи — соглашаюсь: но если въ Ричардсоновыхъ, Фильдинговыхъ ромавахъ безъ скуки чи- таемъ мы, вапримѣръ, что Грандисонъ всякій день пил ь два раза чай съ любезною (*) Первымъ издаиіемъ Писемъ Карамзииъ называетъ помѣщеніе ихъ въ Москов. Журв. П91 — 93 г, г. миссъ Бпронъ; что Томъ Джонесъ спалъ ровно семь часовъ въ такояъ-то сельскомъ трактирѣ, то для чего же и путешествен- нику не простить нѣкоторыхъ бездѣльныхъ подробностей? Человѣкъ въ дорожвомъ платьѣ, съ посохомъ въ рукѣ, съ котомкою за плечами, необязанъ говорить съ осторож- ною разборчивостію какого-нибудь придвор- ваго или профессора, сидящаго въ шпаа- скомъ парикѣ на большихъ, ученыхъ крес- лахъ; А кто въ описаніи путеиіествій ищетъ однихъ , статистически хъ и географиче- ских ь свѣдѣніи, тому, вмѣсто сихъ писемъ, совѣтую читать Бишипгову ГеограФІю». Перемѣны, сдѣлавныя Карамзинымъ въ пнсьмахъ при новомъ ихъ изданіи въ Со- бравііт его сочиневій (первомъ -1802—1803 г., второыъ-1814, третьем ь— 1820), дѣй- ствительво маловажны, что замѣчено са- мимъ авторомъ вь вышеприведенномъ«ііре- дисловіи». Овѣ касаются языка, а не со- держанія, и состоять въ исключеніи нѣко- торыхь словъ и выраженій или въ замѣ- нѣ ихъ другими. Выписываемь нѣсколько варіаитовъ въ первомъ письмѣ изъ Москов. Журнала: Сердце мое столько къ вамъ привязано (сердце мое привязано къ вамъ всѣми- нѣж- нѢйшрми своими чувствами). Въ составь бытія моего (прибавлено: «нравственна го»). Съ бездушными вещами (съ вещами без- душными). Гдѣ теперь тѣ часы (ах ь, гдѣ, гдѣ часы). Въ саму 10 Т У секунду (минуту вм. секунду). Выплакать все сердце свое («все» исклю- чено). Дай Богъ вамъ множество утѣшеній («множество» исключено). Воспоминайте друга, но безъ всякаго прискорбнаго чувства (вм. воспоминайте — помните, вм прискорбнаго— горестнаго). із ) Петровъ, Александръ Андреевичъ, вос- питанвикъ моек, унив., другъ Карамзина, который изобразилъ его въ прозаической элегіи: «Цвѣтокъ на гроб ь моего Агатовая, и частію въ повѣсти: «Чувствительный и холодный», подъ пменемъ Леонида. По свидѣтельству И. Дмитріева, Петровъ, при глубокомъ знаніи отечествевнаго слова, былъ знакомъ съ древними и новыми язы- ками, имѣлъ необыквовенвый умъ и спо- собность къ здравой критикѣ. Его эстети- ческому вкусу Карамзииъбылъ обязанъ раз- витіемъ своего чувства изящнаго. Вообще Карамзинъ смотрѣлъ на Петрова, какъ на руководителя при изученіи разныхъ пред- метовъ, какъ на старшаго себя по знаніямъ и благоразумію. Друзья долгое время жи- ли въ Москвѣ вмѣстѣ, занимаясь перевода- ми для журналовъ и другихъ изданій Но-