b000000203

— 4.2 — Филиппъ служилъ вТ) Новодѣвичьемъ мо- настырѣ и ходилъ по стѣнѣ съ крестами; тутъ былъ и царь съ опричниками, изъ коихъ одинъ шелъ за иимъ въ тэфьѢ, Ми- трополита, увидѣвъ сіе безчиніе, оста- новился и съ негодоваяіемъ сказалъ о томъ государю; но опричникъ уже спря- талъ свою тафью. Царя увѣрили, что Фи- лпппъ выдумалъ сказку, желая возбудить народъ противъ любимцевъ государе- выхъ. Іоаннъ забылъ всю пристойность: торжественно ругалъ митрополита , на- зывалъ лжецомъ, мятежиикомъ, злодѣ- емъ; клялся, что уличитъ его во всемъ- — я приступилъ къ дѣлу, по совѣту съ ко- вариымъ духовникомъ своимъ, Благовѣ- щенскимъ протоіеремъ Евстафіемъ, тай- нымъ Фнлипповымъ ненавистникомъ. Не- медленно отправились въ Соловки епи- скопъ суздальскій ПаФнутій, архиман- дритъ андрониковскій Ѳеодосій и князь Василій Темкинъ, прежде воинъ имени- тый, тогда ревностный слуга тиранства, подобно Басмановымъ и другимъ. Надле- жало ли такъ далеко искать клеветниковъ гнусныхъ? Но царь хотѣлъ омрачить доб- родѣтель въ самомъ ея свѣтломъ источ- никѣ; гдѣ Филиппъ прославился ею, тамъ открыть его мнимое лицемѣріе и нечисто- ту душевную: сія мысль казалась Іоанну искусною хитростію. Послы дарскіе то ла- скали, то ужасали мопаховъ Соловец- кихъ, требуя, чтобы они безстыдно лгали на своего бывшаго игумена: всѣ говори- ли, что Филиппъ святъ дѣлами и серд- цемъ; но сыскался одинъ, который дерз- ну лъ утверждать противное: ихъ глава, игуменъ Паисій, въ иадеждѣ сдѣлаться епископомъ. Изобрѣли доносы, улики, представили ІоаЕіну и велѣли митропо- литу явиться на судъ. Царь, святители., бояре сидѣли въ молчаніи. Игуменъ Наи- сій стоялъ и клеветалъ на святаго мужа съ неслыханною дерзостно. Вмѣсто оправ- данія безполезнаго, митрополитъ тихо сказалъ Паисію, что злое сѣяніе не при- иесетъ ему плода вожделѣннаго; а царю: «Государь, великій князь! ты думаешь, что я боюся тебя или смерти: нѣтъ! до- стигнувъ глубокой старости безпорочно, не знавъ въ пустынной жизни ни матеж- ныхъ страстей, ни козней мірскихъ, же- лаю такъ и предать духъ свой Всевыш- нему, моему и твоему Господу. Лучше умереть невиниымъ мучеиикомъ, нежели въ санѣ митрополита безмолвно терпѣть ужасы и беззаконія сего несчастнаго вре- мени. Твори, что тебѣ угодно. Се жезлъ пастырскій; се бѣлый клобукъ и мантія, коими ты хотѣлъ возвеличить меня. А вы, святители, архимандриты, игумены и всѣ служители алтарей ! пасите вѣрно стадо Христово; готовьтеся дать отчетъ и страшитеся иебеснаго Царя еще болѣе, нежели земнаго». Оиъ хотѣлъ удалиться: царь остановилъ его; сказалъ, что ему должно ждать суда, а не быть своимъ судіею; принудилъ его взять назадъ у- тварь святительскую и еще служить обѣд- ню въ день архангела Михаила (8 нояб- ря). Когда же Филиппъ въ полномъ облаченіи стоялъ иредъ алтаремъ въ храмѣ Успенія, явился тамъ бояринъ Алексѣй Басмановъ съ толпою вооружен- иыхъ опричниковъ, держа въ рукѣ сви- токъ, Народъ изумился. Басмановъ ве- лѣлъ читать бумагу: услышали, что Фи- липпъ соборомъ духовенства лишенъ сана пастырскаго. Воины вступили въ алтарь, сорвали съ митрополита одежду святительскую, облекли его въ бѣдную ризу, выгнали изъ церкви метлами и по- везли на дровняхъ въ обитель Богояв- ленія. Народъ бѣжалъ за митрополитомъ, проливая слезы: Филиппъ съ лицемъ свѣтлымъ, съ любовію благословлялъ лю- дей и говорилъ имъ: «молитеся!» На другой день привели его въ судную па- лату, гдѣ былъ самъ Іоаннъ, для выслу- шанія приговора: Филиппу, будто бы уличенному въ тяжкихъ винахъ и въ волшебствѣ, надлежало кончить дни въ