b000000203

— 3 ішши сынами Россіи; ігаъ ли было сми- ренно преклонить выю и требовать цѣпей, когда другіе Россіяне, гнушаясь уничи- женіемъ, охотно гибли въ бнтвахъ? Кіев- ляне умертвили пословъ Маигу-хана и кровію нхъ запечатлѣли свой обѣтъ не принимать мира постыднаго. Народъ былъ смѣлѣе князя: Михаилъ Всеволодовичъ, предвидя месть Татаръ, бѣжалъ въ Вен- грію, въ слѣдъ за сыномъ своимъ. Виукъ Давида Смоленскаго, Ростиславъ Мсти- славичъ, хотѣлъ овладѣть престоломъ кі- евскимъ; но знаменитый Даніилъ Галиц- кій, свѣдавъ о томъ, въѣхалъ въ Кіевъ и задержалъ Ростислава какъ плѣнника. Даніилъ уже зналъМоголовъ: видѣлъ, что храбрость малочисленныхъ войскъ не одо- лѣетъ столь великой силы, и рѣшился, по- добно Михаилу, ѣхать къ королю венгер- скому, тогда славному богатствомъ и могуществом, въ надеждѣ склонить его къ ревностному содѣйствію противъ сихъ жестокихъ варваровъ. Надлежало оста- вить въ столицѣ вождя йскуснаго и муже- ственнаго: князь не ошибся въ выборѣ, поручивъ оиую боярину Димитрію . Скоро вся ужасная сила Батые ва, какъ густая туча, съ разныхъ сторонъ облегла Кіевъ. Скрыпъ безчисленныхъ телѣгъ, ревъ верблюдовъ и воловъ, ржаніе коней и свирѣпый крикъ непріятелей, по ска- занію ЛѢТописца, едва дозволяли /жите- лямъ слышать Другъ друга въ разгово- рахъ. Димитрій бодрсТвовалъ и расПоря- жалъ хладнокровно. Ему представили од- ного взятаго въ нлѣнъ Татарина, который объявилъ, что самъ Батый стоитъ подъ стѣнами Кіева со всѣми воеводами мо- гольскими; что знатнѣйшіе изъ нихъсуть: Гаюкъ (сынъ великаго хана), Мангу, Байдаръ (внуки Чингисханов ы). Орду, Кадаиъ, Судай-Багадуръ, побѣдитель Ні- учей китайскихъ, и БаСтырь, завоеватель казанской Болгаріи и княжбнія суздаль- скаго. Сей нлѣнникъ сказывалъ о Баты- &вой рати единственно то, что ей нѣтѣ смѣты. Ио Димитрій не зналъ страха. Оса- да началася прпступомъ къ вратамъ Лят- скимъ, къ коймъ примыкали дебри: тамъ стѣнобитныя орудія действовали день и ночь. Пакоиецъ рушилась ограда, и Кіев- ляне стали грудью противъ враговъ сво- ихъ. Начался бой ужасный: «стрѣлы о- мрачили воздухъ; копья трещали и лома- лись», мертвыхъ, издыхающихъ попирали ногами. Долго остервенѣиіе не уступало силѣ; по Татары ввечеру овладѣли стѣ- ною. Еще воины россійскіе не теряли бод- рости; отступили къ церкви Десятинной и, ночью укрѣнивъ оную тыномъ, снова ждали иепріятеля, а безоружные граж- дане съ драгоцѣннѣішшмъ своимъ имѣ- ніеыъ заключились въ самой церкви. Та- кая защита слабая уже не могла спасти города! одпакожъ не было слова о пере- говорахъ: никто не думалъ молить лютаго Батыя о пощадѣ и шілосердіи; великодуш- ная смерть казалась и воинамъ и граж- данамъ необходимостію, предписанною для иихъ отечествомъ и вѣрою. Димитрій, ис- ходя кровію отъ раны, еще твердою рукою держалъ свое коніе и вымышлялъ способы затруднить врагамъ побѣду. Утомленные сра?кеціемъ Моголы отдыхали на развали- нахъ стѣны: утромъ возобновили оное и сломили бренную ограду Россіянъ, кото- рые бились съ иапряжёніемъ всѣхъ силъ, помня, что за ними гробъ св. Владиміра, и чТо сія ограда есть уже нослѣдняя для и хъ свободы. Варвары достигли храма Богоматери, но устлали путь своими тру- пами; Схватили мужествеинаго Ди.читрія и привели къ Батыю. Сей грозный завое- ватель, не имѣя понятія о добродѣтеляхъ человѣколюбія, умѣлъ цѣиить храбрость необыкновенную, и съ видомъ гордаго удовольствія сказалъ воеводѣ россій- скому: «дарую тебѣ жизнь ! » Димйтрій припялъ даръ, ибо еще могъ быть поле- зенъ для отечества. Моголы нѣсколько дней торжествовали пббѣду ужасами разрушенія, истреблё-