b000000203

— 33 — указываетъ юношѣ на высокую могилу и повѣствуетъ о дѣлахъ лежащаго въ ней героя. Первые опыты нашихъ предковъ въ искуствѣ грамоты были посвящены вѣрѣ и дѣепБсанію; омраченный гу- стою сѣнію невѣжества народъ съ жал— ностію внималъ сказаніямъ лѣтописцевъ. И вымыслы нравятся; но для полнаго удовольствія должно обманывать себя и думать, что они истина. Исторія, отвер- зая гробы, поднимая мертвыхъ, влагая имъ жизнь въ сердце и слово въ уста, изъ тлѣн г я вновь созидая царства и пред- ставляя воображенію рядъ вѣковъ съ ихъ отличными страстями, нравами, дѣаніями, расширяетъ предѣлы нашего собственнаго бытія; еа творческою силою мы живемъ съ людьми всѣхъ временъ, вкдимъ и слышимъ ихъ, люоимъ и ненавидимъ; еще не думая о пользѣ, уже наслаждаемся созерцаніемъ многоопразныхъ случаевъ и характеровъ, которые занимаютъ умъ или питаютъ чувствительность. Если всякая исторія, даже и неискусно писанная, бываетъ пріятна, какъ гово- ритъ Плнній; тѣмъ болѣе отечественная. Истинный космополитъ есть существо метафизическое или столь необыкновен- ное явленіе, что нѣтъ нужды говорить объ немъ, ни хвалить, ни осуждать его. Мы ізсѣ граждане — въ Европѣ и въ Индіи, въ Мексикѣ и въ Абиссиніи; личность каждаго тѣсно связана съ отечествомъ: любимъ его, ибо любимъ себя. Пусть Греки, Римляне плѣняютъ воображеніе: они принадлежать къ семейству рода че- ловѣчёскаго и намъ не чужіе по своимъ добродѣтелямъ и слабостямъ, славѣ и бѣдствіямъ; но имя русское имѣетъ для насъ особенную прелесть: сердце мое еще сильнѣе бьется за Пожарскаго, нежели за Ѳемистокла или Сщшіона. Всемірная исторія великими воспоминаніями укра- шаетъ міръ для ума,, а россійскаа укра- шаетъ отечество, гдѣ живемъ и чув- ству емъ. Сколь привлекательны берега томъ п. Волхова, Днѣпра, Дона, когда знаемъ, что въ глубокой древности на нихъ про- исходило! Не только Новгородъ, Кіевъ, Владиміръ, но и хижины Ельца. Ко- зельска, Галича дѣлаютса любопытными паматниками, и нѣмые предметы красно- рѣчивыми. Тѣни мииувшихъ столѣтій вездѣ рисуютъ картины передъ нами. Кромѣ рсобеннаго достоинства для насъ, сыновъ Россіи, ея лѣтописи имѣ- ютъ общее. Взгляиемъ на пространство сей единственной державы: мысль цѣ- пенѣетъ! Никогда Рияъ въ своемъ ве- личіи не могъ равняться съ нею, го- сподствуя отъ Тибра до Кавказа, Эльбы и песковъ африканскихъ. Не удивительно ли, какъ земли, р.аздѣленныя вѣчнъши преградами естества, неизадѣримыми пу- стынями и лѣсами непроходимыми, хлад- ными и жаркими климатами; какъ Аст- рахань и Лапландія, Сибирь и Бесса- рабія могли составить одну державу съ Москвою? Менѣ з ли чудесна и смѣсь ея жителей, разшгалеменныхъ, разновид- ныхъ и столь удаленныхъ друъ отъ друга въ степеняхъ образованія? Подобно Америкѣ, Россія имѣетъ своихъ дикихъ; подобно другимъ странамъ Европы, явля- етъ плоды долговременной гра кданской жизни. Не надобно быть Русскимъ: на- добно только мыслить, чтобы съ любоныт- ствомъ читать преданія народа, который смѣлостію и мужествоиъ снискалъ господ- ство надъ девятою частію міра, открылъ страны, никому дотолѣ неизвѣстныя, виесъ ихъ въ общую систему географіи, исторіи и просвѣтилъ божественною вѣрою, бёзъ насилія, безъ злодѣйствъ, употребленныхъ другими ревнителями христіанства въ Европѣ и въ Америкѣ, но единственно примѣромъ лучшаго. Согласимся, что дѣянія, опнсаниыя Геродотомъ, Ѳукидидомъ, Ливіемъ, для всякаго не-Русскаго вообще заниматель- нѣе, представляя болѣе душевной силы и живѣйшую игру страстей: ибо Греція и О