b000000203

379 — Отъ мучителя, но въ воду Прямо изъ огня юркнулъ. Здѣсь старикъ съ лицемъ печальным^ — ■ Буквъ слзвянскихъ красоту, — Мажетъ золотомъ сусальнымъ Пресловутую ѳиту. И на утвари повсюду Коронованныя кси, Стзровѣрскихъ книжицъ груду И въ окладѣ юсъ и пси, Томъ, въ сафьяаъ переплетенный, Тредьпковскаго стиховъ Я увидѣлъ изумленный — И узналъ, что то Шишковъ ("). Вотъ Сладковскій ( 12 ) воеклицаетъ: .«Се, се Россы! се самъ Петръ! Се со всѣхъ сторонъ зіяетъ Молнія изъ тучныхъ нѣдръ; И чрезъ Ворсклу при препавѣ, Градовъ на сушѣ творецъ Съ дерзостью пошелъ ко славѣ, И поэмѣ. сей конецъ! » Вотъ Жуковскій: въ саванъ длинный Скутанъ, лапочки крестомъ, Ноги вытянуты чинно, Чорта дразнитъ языкомъ; Видѣть вѣдьму вображаетъ, То глазкомъ ей подмигнетъ, И кадитъ, и отнѣваетъ, И трезвонитъ, и реветъ. Вотъ Кутузовъ ( 13 ): онъ зубами Бюстъ грызетъ Карамзина; Пѣна съ устъ течетъ клубами, Кровью грудь обагрена. Но напрасно мраморъ гложетъ, Только время тратитъ въ томъ; Онъ вредить ему не можетъ Ни зубами, ни перомъ. Вотъ Станевичъ ( 14 ). Въ отдаленьи Усмотрѣвъ, что это я, Возопилъ въ остервененьи; «Міръ! потомство! за меня Злому критику отмстите; Мой изъ бронзы выливъ ликъ, Аіонументъ соорудите! Я великъ, великъ, великъ! » Чудо! подъ окномъ на вѣткѣ Крошка Батюшковъ ( 15 ) сидитъ, Въ свѣтлой проволочной клѣткѣ, Въ баночку съ водой гладитъ, И поетъ онъ сладкогласно; «Тихъ, покоенъ сверху видъ, Но спустись на дао-^-угкасно ! Крокодилъ на немъ лежитъ! » Вотъ Грузинцевъ ( 16 ): онъ въ коронѣ И въ сандаліяхъ, какъ царь, Гордъ въ мишурномъ онъ хитонѣ, Держитъ греческій букварь. — Вѣрно ваше сочиненье? Скромно сдѣлалъ я вопросъ. — Нѣтъ, Софоклово творенье! Отвѣчалъ онъ, вздерну въ носъ. И бѣгомъ безъ дальнихъ сборовъ.... — Вотъ еще! — сказали мнѣ. Я смотрю; Максимъ Невзоровъ ( 1 ') Углемъ пишетъ на стѣнѣ: «Еслибъ такъ какъ на Вольтера, Былъ на мой журналъ расходъ, Пострадала бъ горько вѣра: Я вреднѣй, чѣмъ Дидеротъ!» Отъ досады и отъ скѣху Утомленъ, я воиъ спѣшилъ, Горькую прервать потѣху; Но смотритель доложилъ: «Рады вы или не рады. Но указъ ужъ полученъ; Вамъ отсель нельзя ни пяди!» И указъ тотчасъ прочтенъ; «Тотъ Воейковъ ( 18 ), что Делиля Столь безбожно исказилъ. Истерзать хотѣлъ «Эмиля» И Виргилію грозилъ, — Долженъ быть, какъ сумасшедшій,