b000000203

Коротко сказать, творенія Французской Мельпомены славны — и будутъ всегда славны — красотою слога и блестящими стихами; но если трагедія должна глу- боко трогать наше сердце или ужасать душу: то соотечественники Вольтеров м не имѣіотъ,можетъ быть, ни двухъистин- ныхъ трагедій, и д'Аланбертъ сказалъ весьма справедливо, что всѣ ихъ піесы сочинены болѣе для чтенія, нежели для театра. д^ О ІІІекспщт. Въ драматической поэзіи Англичане не имѣютъ ничего нревосходнаго, кромѣ твореній одного автора; но этотъ авторъ есть Шекспиръ, и Англичане богаты! Легко смѣяться иадъ нимъ не только съ Вольтеровымъ, но и съ самымъ обык- новеииымъ умомъ; кто же не чувствуетъ великихъ красотъ его, съ тѣмъ я не хочу и спорить. Забавные Шекснировы критики похожи на дерзкихъ мальчиковъ, которые окружаютъ на улицѣ странно одѣтаго человѣка и кричатъ: какой смѣш- ной! какой чудакъ! Всякій авторъ ознаиенованъ печатію своего вѣка. Шекспиръ хотѣлъ нравить- свое величіе, — скитающагося въ бури^чо ночь но лѣсамь и пустынямъ: «Шумите, вѣтры! свирѣпствуй, буря! С'Ьр- пые, быстрые огни, предтечи разругаитель- ныхъ ударовъ, лейте пламя па бѣлую главу мою!... Громы, громы! сокрушите здаиіе міра; сокрушите образъ натуры и человѣка, неблаго.іарпаго человѣка!... Не жалуюсь на вашу свирЬпость, разъяренныя стихіи ! Я не отдавалъ вамъ царства, не имеповалъ вась милыми дѣтьми своими! И такъ, свирѣпствуй- те по волѣ! Разите— се я, рабъ вашъ, бѣд- пый, слабый, изнуренный старецъ, отвер- женный отъ человечества!» Они раздираютъ душу; они гремятъ по- добно тому грому, который въ нпхъ описы- вается, и потрясаютъ сердце читателя. Но что же даетъ ииъ сію ужасную силу? Чрез- вычайное положеше царственнаго изгнанни- ка, жииая картина бѣдственной судьбы его. И кто послѣ того спросить еще: какой ха- рактеръ, какую душу имѣлъ Леаръ? ся современникамъ, зналъ ихъ вкусъ и угождалъ ему; что казалось тогда остро- уміемъ, то нынѣ скучно и противно: слѣдствіе успѣховъ разума и вкуса, на которые и самый велиній геній не мо- жетъ взять мѣръ своихъ. Но всякій истинный талантъ , платя дань вѣку, творитъ и для вѣчиости; современный красоты исчезаютъ, а общія, основанныя на сердцѣ человѣческомъ и на природѣ вещей, сохраняютъ силу свою, какъ въ Гомерѣ, такъ и въ Шекспирѣ. Величіе, истина характеровъ, занимательность при- ключепій, откровеніе человѣческаго серд- ца и великія мысли, разсѣянныя въ драмахъ бритаискаго генія, будутъ всегда ихъ магіею для людей съ чувствомъ. Я не знаю другаго поэта, который имѣлъ бы такое всеобъемлющее, плодотворное, неистощимое воображеніе; и вы найдете всѣ роды поэзіи въ Шекспнровыхъ со- чиненіяхъ. Онъ есть любимый сыиъ бо- гини Фантазіи, которая отдала ему вол- шебный жезлъ свой; а онъ, гуляя въ дикихъ садахъ воображения, на каждомъ шагу творитъ чудеса! е) Кронштадте, 1190. Берегъ! отечество! благословляю васъ! Я въ Россіи, и черезъ нѣсколько дней буду съ вами, друзья мои! Всѣхъ оста- навливаю, спрашиваю, единственно для того, чтобы говорить по-русски и слы- шать русскихъ людей. Вы знаете, что трудно найти городъ хуже Кронштадта; но мнѣ онъ милъ! Здѣшиій трактиръ можно назвать гостпншщею нищихъ; но мнѣ въ немъ весело! Съ какимъ удовольствіемъ перебираю свои сокровища: записки, счеты, книги, камешки, сухія травки и вѣтви, напо- мииающія мнѣ или сокрытіе Роны, 1а регіе <1и ИЬопе, или могилу отца Ло- ренза, или густую иву, подъ которою Апгличанинъ Попъ сочинялъ лучшіе стихи