b000000203

— 148 сти», Этимъ ѳвиграФомъ ясно показана мысль Посланія: оно смотритъ па языкъ, какъ па существо живое , подлежащее перемѣпаыъ и обновленіяиь въ органи- зм!:. *) Вѣроятнр. вамекъ на поэму: «Петръ Великій» (1810), кн. Сергѣя Шихматова, любившаго многосложный слова, въ кото- рыхъ онъ, подобно Шишкову, видѣлъ осо- бенное преимущество рус. языка. Цвѣт- никъ (1810, декабрь) выписалъ изъ этой поэмы многія вы ражепія, напр.: зложадпая грудь, многосластная жизнь, достомужный образъ, присолнечные холмы, звиздающія эхидны, тартара отродъ, исподнѣйшія дро- жди, безпищныя скалы, разбойство, Этна чревоболя пожарами , тріобоюднос ост- ріе, удержавить землю, водостланная рав- нина, солицелучный полдень, ніяпыіі множе- ствомъ кровей, и пр. с ) Синопсисъ [т. е. обозрѣніе, очеркъ), или краткое собраніе оть разныхъ лѣто- писцевъ, Оннокентія Гизіеля, архимандрита Кіево-печерской лавры (1074). Степенная книга излагаетъ событія по «степенямъ» рода великихъ князей (полная редакція ея XVI в.). ') Н амекъ на Шишкова. 8 ) Тоже намекь на Шишкова, перс- ведшаго двѣ статьи изъ Лагарпа. 9 ) «Два Посланія». Имъ предшоствуетъ слѣдующее пПредувѣдомленіе»; «Первое изъ сихъ Посланій (къ В. А. Жу- ковскому) напечатано было въ 12 № Цвѣт- ника 1810 г. и было причиною происше- ствія, весьма страннаго въ нашей словесности. Всѣмъ извѣстна польза, проистекающая изъ сего рода дидактическихъ сочиненій; древ- ніе и новые писатели употребляли оныя для исправденія пороковъ, или, переходя отъ общаго къ частном}', для направленія на прямой путь къ словесности молодыхъ, ие- опытиыхъ авторовъ. Важная и благородная цѣль сочинепій сихъ всегда была достойно уважаема: кто бы подумалъ, что въ наше просвѣщениое время будутъ презирать ихъ, подражанія онымъ называть людными по- сланіими и, что всего хуже, отвѣчать на нихъ непозволительными личностями? Въ одномъ Присовокупмнги , читанномъ, какъ увѣряютъ, въ Академіи (въ чемъ, однакожъ, я весьма сомнѣваюсь), г. сочинитель гово- ритъ слѣдующее: «Сіи судьи и стихотворцы «въ послаиіяхъ своихт. взываютъ къ Вирги- «ліямъ, Гомерамт-, Софокл амъ, Еврипидамъ, «Гораціямъ, Ювеналамъ, Саллустіямъ, 0у. «кидидамъ, затвердя одни только имена ихъ «и, что всего удивительнѣе, иаучась бла- «гочестііо въ Кандидѣ и благоыравію и зпа- «нію въ парижскихъ переулкахъ, съ повреж- «деннымъ сердцемъ и домрачениымъ умомъ «вопііотъ противъ нсвѣжествз и, обращаясь «къ тѣпямъ великихъ людей, толкуютъ о «наукахъ и просвѣщеніиЬ) Кізит Іепеаіів, атісі! И я, вмѣсто того, чтобы сердиться на такую нескладицу, хотѣлъ бы лучше самъ носмѣяться еіі отъ добраго сердца; по обви- нения, относящіяся до нравственности и вѣ- ры, слишкомъ важны. Я должепъ былъ опровергнуть оныя и, кажется, исполнилъ сіе во второмъ Посланій — къ Д. В. Дашкову, равномѣрпо навлекшему на себя учтивою критикою гнѣвъ ііовѣйщнхъ нашихъ Сла- вянъ». Нам.ъ уже извѣстно «Присовокупленіе», о которомъ говорить Пушкинь (см. выше, стр. 106, прим. 16). Приведенная изъ него тирада находится въ выпоскѣ къ словамъ: бдѣкіе, стыдѣиіе, воздоенный п пр. {стр. $8). Шинжовъ говорить: -Читатель да не по- думаетъ, что сіе собраніе словъ есть одно мое предноложеніе: нѣтъ, мы найдемъ въ журналахъ вощявіе противъ каждаго изъ оныхъ. Однимъ словом ъ, всѣтѣ имена, ка- кими лучшія наши творенія и высокій языкъ священныхъ книгъ нреисполненъ; все то, что въ Акадеыическій Словарь включено; все то, чѣмъ Лагарны и другіе ученые люди превозносятъ единосвойственные на- шимъгреческіі илатинскій языки (а именно: подобнымъ нашему словосочиненіемъ, та- ковою же удобностйо къ составленію словъ и свободою извращеиія ихъ въ рѣчахъ), все то, говорю, сіи судьи и стихотворцы отмещутъ, и потомь въ посланіяхъ своихъв, и т. д.— Шиш ко въ перечислилъ именно тѣхъ древнихъ писателей, которые приве- дены въ Посланій Пушкина къ Жуков- скому (см. 143 стр.). Иамекъ на париж- скіе переулки относится къ пребыванію Пушкина въ Парижѣ, почему «Предувѣ- доылеиіе» и называетъ слова выноски «не- позволительными личностями». Шишковъ назвалъ посланія «моднымъ» родомъ стихотворства. Дѣйствительно, и во Фрапціи и позднѣе у насъ (съ начала XIX в.), они стали замѣнять оду, наску- чившую читателямь и нотерпѣвшую силь- ные удары отъ «Чугкаго толка» и другихъ сатиръ. «Разсуждеиіе объ одѣ», Даламбера, (переведено въ майской книжкѣ С. и.бург- скаго Меркурія, 1793) показываетъ при- чины, почему посланіе болѣе отвѣтство- вало духу времени и цѣлямъ поэтовъ. Глав- нѣйшая изъ нихъ— господство философіи, которая волею и неволею всюду вторгает- ся: посланіе удобнѣе выражаетъ филосо- Фическія мысли, допуская болѣе свободный планъ и болѣе свободные переходы изъ одиахъ тоиовъ въ другіе; притомъ оно скромиѣе но своей внѣшней отдѣлкѣ, не имѣя притязаній на столь пышное убран- ство, какое привыкли видѣть въ одѣ и ка-