b000000203

— 135 — то да увѣдомятъ они отомъ напередъ меня, а я уже сообщу его моему на- роду». Брамины посмотрѣли изъ иодлобья на меченосцевъ и низко, низко поклонились набабу въ знакъ непринужденнаго со- гласія. «Теперь дѣти мои!» продолжалъ набабъ говорить къ народу; «представлю я вамъ того, кто показалъ мнѣ ковар- ство намѣстника моего и Саибам кто от- крылъ ихъ злодѣйства и козни, и кто возвратилъ меня вамъ. Смотрите, вотъ моя и ваша благотворительница!» Иародъ и саттрисы раздались; Они- да шла къ Наруду подлѣ отца сво- его, между рядовъ восклицающихъ Пат- нійцевъ. Набабъ взялъ ее за руку и, возведя на возвышеніе, съ котораго го- ворилъ, сказалъ: «Вотъ показавшая мнѣ путь къ дости- женію до существеннаго благоденствія Багара; она, кому я обязанъ спаситель- нымъ урокомъ самопозианія; словомъ, тотъ добрый духъ, который помогъ миѣ положить начало къ устроеиію вашего счастія! Иародъ, чѣмъ заплатишь ты ей? чѣмъ заплачу я?» Шиъшіоторше иая кмрода. Отдай половину твопхъ сокровищъ! Другіе. Отдай всѣ: мы возвратимъ ихъ! Друшіе. Отдай всѣ! Другіе . Награди ее, чѣмъ хочешь! Шару ди. Сокровища мои вамъ принадлежатъ: отдавъ ихъ, заплатилъ бы я только вашъ долгъ, не свой; но у меня есть моя собственность — сердце. М&вьтів&ѵморше мая явеародп. Да будетъ твоею супругою! Друііе. И нашею матерью! Шсйъ. Да будетъ! Мырудя, Да будетъ! На другой день (въ по- слѣдній разъ произношу сіе слово) со- вершится мое бракосочетаніе , и дѣти мои пусть прндутъ участвовать въ об- щей радости; проклятое же слово на другой день да искоренится навѣки изъ языка индостаискаго! Доколѣ царствовалъ Нарудъ, то ни- когда не было употребляемо слово на другой день, потому что всѣ просьбы доходили къ набабу или судіямъ испы- танной честности и безкорыстія, и пото- му что всѣ просьбы рѣшались въ тотъ же день. Долго продолжалось благоденствіе Ба- гарянъ, долго управлялъ ими Нарудъ, по оиъ умеръ: съ нимъ умерло и сча- стіе его народа. Хотя изъ уваженія къ памяти Нару- довой, потомки его и гнушались виною многихъ золъ, словомъ на другой день, но они выпустили сперва Факировъ, потомъ дозволили цѣловать каблуки у сво- ихъ туфлей, а напослѣдокъ сняли запре- щеніе и съ откровеній Брамы. Брама, начавъ по прежнему бесѣдо- вать съ браминами, благоволилъ учи- нить нѣсколько чудесъ, между коими находилась буковая доска, приплывшая ночью вверхъ по рѣкѣ Гангу и остано- вившаяся прямо противъ пагода, гдѣ нѣкогда жилъ Саибъ. На доскѣ сей было начертаніе: Завтра. Никто пе по- ниыалъ смысла сего таниственнаго сло- ва, но Брама растолковалъ его брами- намъ, которые извѣстили найровъ, что оно значитъ точь въ точь тоже, что и на другой день. Первые приняли сіе слово брамины, потомъ внесено оно было съ великимъ торжествомъ въ словарь блюстителей правосудія, потомъ воспользовались имъ ростовщики,.., а наконецъ сдѣлалось оно столь употребительнымъ, что разнеслось по всему Багару, Индостану и востоку.