b000000203

— 433 — питанные найры, восхвалявшіе доброду- шіе легковѣрпаго Наруда! Впредь будутъ прославлять правосудіе, а не добродушіе Нарудово; впредь станутъ лобызать зер- цало истины, а не зеленые каблуки мо- ихъ туфлей! Онида, благодарю тебя за открытіе моего заблужденія; если бы я и не любилъ тебя, то сія услуга тво- ритъ тебя достойною быть супругою повелителя Патны: пойдемъ къ отцу твоему. Не Саибово, но его благосло- веніе надобно мнѣ; онъ получитъ семь тысячъ семьсотъ семьдесятъ семь зо- лотьиъ монетъ крупнѣйшаго разбора, а не сундукъ пагода, стоящаго на берегу Ганга; не на истуканъ Брамы, а на шею милой Ониды повѣшу я всѣ, всѣ гид- рабантскіе алмазы, какіе только есть въ моихъ сокровнщахъ! Едва озлатило солнце верхи зданій Патны, какъ уже Нарудъ ѣхалъ въ со- провожденіи двухъ полковъ отборныхъ меченосцевъ къ пагоду, стоящему на берегу Ганга; вся свита окружала его. Весело играли музыканты персдъ пол- ками; меченосцы шли, улыбаясь, за на- бабомъ; народъ толпился около На- руда, привѣтствующаго ихъ ласково п дружелюбно. Радость сіяла на лицѣ у каждаго . Одни найры, состав лявшіе свиту на- бабову, поглядывали горестно другъ на друга; трепеща, ѣхалъ подлѣ Наруда его намѣстникъ, ибо Нарудъ, противъ своего обыкновенія, не говорилъ ни съ кѣмъ изъ иихъ ни слова и не объявилъ ни- кому, за чѣмъ ѣдетъ къ пагоду. Всѣ предчувствовали бѣду, особливо намѣст- никъ набаба. Отъ сотворенія придвор- ныхъ никогда еще не бывало, чтобы предчувствіе кого-нибудь изъ нихъ об- мануло ! Равнымъ образомъ изумился Саибъ и брамины, увидя внезапу Наруда. Еще болѣе перепугалось благочестивое со- словіе, усмотрѣвъ съ нимъ два полка ме- ченосцевъ. Саибъ отсчитывалъ въ сіе время третью часть вчерашняго сбора, но, сколько ни любилъ онъ монеты, по- бѣжалъ однако же на встрѣчу къ на- бабу, имѣя въ рукахъ книгу Веду, Эзуръ- Веду и кадильницу съ аравійскими благовоніями, — побѣжалъ , не замкнувъ монеты. Страхъ и ужасъ овладѣлъ Саибомъ, браминами, намѣстникомъ и найрами, когда Нарудъ, взъѣхавъ на дворъ пагода, слѣзъ съ лошади и пошелъ не въ па- годъ, а къ возвышенію, сдѣланному по- среди двора. Подобно ручьямъ сѣвера, останавливающимся отъ губительнаго ды- хаиія хладныхъ вѣтровъ въ мѣсяцы Ко- зерога, замерзла кровь въ ихъ жилахъ, когда набабъ, взошедъ на возвышеніе, обратился къ народу и началъ говорить слѣдующее ; «Дѣти мои! три года управляю я вами послѣ смерти моего родителя; три года коварные льстецы угнетали васъ моимъ именемъ ; приближься , кто имѣетъ жалобу па намѣстника или на судей, поставленныхъ надъ вами!» Всѣ пали на колѣни: тысячи вопіяли. Нарудъ далъ знакъ къ молчанію и про- должалъ говорить: «Обѣвіаю воздать должное каждому: обѣщаю разобрать всѣ жалобы, и удо- влетворю справедливую. Отньшѣ васъ никто не разлучитъ со мною; дѣти мо- гутъ видѣть отца своего во всякое время, когда имъ надобно. Ыуждающійся и не- счастный, гонимый и беззащитный, сирый и вдовица не должны разбирать дней и часовъ, дабы обрѣсти себѣ отраду у престола государева, ибо владѣніе мое не обширно. Богъ пріемлетъ молитвы наши диемъ и нощію: днемъ и нощію да будутъ отверсты народу мои чертоги!» [Оборачивается иъ тмѣстнту). А ты, дерзнувшій употребить во зло довѣріе твоего владыки, будь съ женою твоею и чадами твоими, ибо и они участво-