b000000197

ЖИЗНЬ ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. свомъ Аракчеева. Онъ управлялъ Сибирью 14 лѣтъ и далъ отличный примѣръ системы сатрапій и пашалыковъ. Самъ живя почти постоянно въ Петербургѣ для поддержанія своего значе­ нія. онъ управлялъ Сибирью черезъ окружнаго губернатора. Дорожа мѣстомъ и не злоупотребляя вниманіемъ читателей, мы не отправимся за Сперанскимъ въ Сибирь и не будемъ вмѣстѣ съ нимъ обличать крупныхъ и мелкихъ грабителей и воровъ, цѣлою ордою угнетавшихъ забытый и отдаленный край. Скажемъ только о результатахъ ревизіи. «Ревизія его, замѣчаетъ бар. Корфъ, болѣе была совѣстна, чѣмъ строго соотвѣтствовала законнымъ формальностямъ, и многое въ ней было окончено собственною его властью, безъ мѣръ особенно крутыхъ, но однако же и безъ послабленія». Сперанскій постоянно держался мнѣнія, что виновны не люди, а установленія, и что «неправильный ходъ дѣлъ введенъ н терпимъ былъ многолѣтними попущеніями». Сперанскій не столько желалъ карать прошлое, сколько обезпечить будущее. «При всемъ томъ въ окончательномъ выводѣ ревизіи, несмотря на множество рѣ­ шеннаго на мѣстѣ, все еще оказалось 73 дѣла, слѣдовавшія къ высшему разсмотрѣнію, и но нимъ насчитывалось обвиненныхъ 080 человѣкъ и суммъ ко взысканіюна 2,850,000 р.». Двагубернатора, иркутскій—Трескинъ и томскій — Илличевскій. были отданы подъ судъ съ устраненіемъ отъ службы. Эта ревизія произвела громад­ ное впечатлѣніе въ Сибири и впервые показала сибирякамъ, что порою и для нихъ можетъ найтись правосудіе и справедливость. Сперанскій безъ всякаго сомнѣнія первый поднялъ въ Сибири знамя законности. Такова была задача его ревизіи; по возможности упрочить законность въ сибирской жизни и управленіи было за­ дачею его реформы, пли. какъ онъ самъ выражался, «преобразить личную власть въ установленіе и, согласивъ единство ея дѣйствія съ гласностью, охранить ее отъ самовластія и злоупотребленій за­ конными средствами, изъ самого порядка дѣлъ возникающими, и учредить ея дѣйствіе такъ, чтобы оно было не личнымъ и домаш­ нимъ. но публичнымъ и служебнымъ*. 4 4 Конечно Сперанскій, ставя себѣ подобную задачу, не могъ об­ манывать себя и ласкать иллюзіей ея выполнимости въ полномъ объемѣ. Сама европейская Россія требовала еще очень мпогаго, чтобы отвѣтить поставленному здѣсь идеалу, но она отвѣчала ему болѣе, нежели Сибирь, гораздо болѣе уже хотя быпотому, что для нея, въ сознаніи управляющихъ и управляемыхъ, идеалъ закон-