b000000197

ЖИЗНЬ ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. людей, нежели дать имъ не вовремя свободу, къ которой надо готовить человѣка исправленіемъ нравственнымъ». Съ такою же рѣшительностью и рѣзкостью критикуетъ Карамзинъ всѣ осталь­ ные либеральные планы этого времени и представляетъ горячую защиту существующаго строя противъ всякихъ плановъ преобра­ зовать его. Онъ отрицаетъ даже право за Александромъ: «Госу­ дарь! Ты преступаешь границы своей власти. Наученная долго­ временными бѣдствіями, Россія передъ святымъ алтаремъ вручила самодержавіе твоему предку и требовала, да управляетъ ею вер­ ховно, нераздѣльно. Сейзавѣтъ есть основаніе твоей власти; иной не имѣешь; можешь все, но не можешь законно ограничить ее!». Таковы основы принципіальной критики всего направленія, котораго лучшимъ и серьезнѣйшимъ представителемъ былъ Спе­ ранскій. Карамзинъ однако не довольствуется критикою принци­ піальною, но съ еще большею горячностью обрушивается на тѣ законодательныя мѣропріятія, въ которыхъ уже выразилось это направленіе. Учрежденіе государственнаго совѣта, учрежденіе ми­ нистерствъ, гражданское уложеніе, законъ о сдачѣ рекрутовъ по­ мѣщиками, указъ о свободныхъ хлѣбопашцахъ, финансовые планы Сперанскаго,—ничего не забыто въ этой критикѣ и все жестоко осуждено. Нетерпимостьиявная несправедливостьмногихъ осужденій сами собою бросались въ глаза и вредили тѣмъ цѣлямъ, которыя преслѣдовалъ Карамзинъ, потому что вызывали протестъ неудо­ вольствія въ Александрѣ; но общее настроеніе мыслей и чувствъ императора начинало уже и ранѣе склоняться въ пользу идей, выразителемъ которыхъ явился нынѣ Карамзинъ. Записка Карам­ зина дала искусно и не безъ таланта составленное принципіальное основаніе этому новому настроенію Александра. Въ этомь ея важ­ ное историческое значеніе вообще, въ біографіи Сперанскаго въ частности. Александръ, сперва недовольный крайними рѣзкостями и несправедливостями Записки, затѣмъ оцѣнилъ значеніе ея принциповъ и приблизилъ Карамзина, поощряя его въ историче­ скихъ трудахъ, которые велись и составлялись въ томъ же духѣ и направленіи, какъ и Записка о древней и новой Россіи *). Въ Твери, въ мартѣ 1811 года, у великой княгини Екатерины *) Но выходѣ въ свѣтъ первыхъ томовъ И с т о р і и ю с у д а р с т в а Р о с ­ с ій с к и й ) , вь 1816 году, Карамзину была пожалована анненская лента за историческіе труды; но при атомъ, по свидѣтельству гр. Блудова, государь далъ ему знать, что награждаетъ не столько за его исторію, сколько за его З а п и с к у о д р е в н е й и н о в о й Р о с с і и .