b000000189

404 ослабъ духомъ и находился въ полной зависимости отъ своихъ буйныхъ, легкомысленныхъ сыновей. Ахматъ и Бурнашъ-Гирей за 1 5 1 2 г. сдѣлали три набѣга въ рязанскую землю, пытаясь, хотя безуспѣшно, занять Рязань. Такой рѣзкій, непріязненный оборотъ, до сихъ поръ дружескихъ отношеній Тавриды и московскаго государства, совершился вопреки искрен­ нему расположенію къ союзу съ Василіемъ III умной жены Менгли-Гирея: ханши Нурсалтанъ. Онъ явился тѣмъ большею неожиданностью для вел. князя, что Нурсалтанъ въ 1 5 1 0 г., пріѣхавъ въ Москву пови­ дать сыновей, увѣряла его въ неизмѣнной дружбѣ Менгли-Гирея, а послѣ, пробывъ цѣлый годъ въ Казани, такъ утвердила тамъ сына Магметъ-Аминя въ искреннемъ доброжелательствѣ къ московскому вел. князю, что тотъ новыми грамотами обязался не измѣнять больше своей преданности Россіи и, рас­ каявшись въ своемъ возмущеніи противъ Іоанна III, открылъ довѣренному липу Василія всѣ причины его, не скрывая вины обольстившей его, супруги. На обратномъ пути Нурсалтанъ, Василій ее высоко почтилъ въ Москвѣ отмѣнною царской милостью и угощеніемъ, такъ что она вернулась въ Тавриду еще болѣе расположенной къ союзу съ русскими изъ признательности къ московскому государю. Однако, хитрость, подкупы и настойчивость Сигизмунда превзошли всѣ усердныя, хотя до сихъ поръ оставшіяся напрасными, старанія Казиміра и Але­ ксандра уничтожить, для Литвы грозный, союзъ съ Москвою Тавриды. Это благое дѣло Іоанновой госу­ дарственной мудрости теперь разстроилось навсегда, и Крымъ обратился для русскаго государства изъ мѣста вѣрной дружеской помоши въ гнѣздо лютыхъ разбойниковъ. Но воеводы: Даніилъ Щеня, князь