b000000189

посла: Заблоцкаго и отправилъ съ нимъ къ вел. князю трехъ татарскихъ вельможъ съ золотою «инерт­ ною» (т. е. клятвенной) грамотой. Въ этой грамотѣ онъ давалъ клятву не только за самого себя, но за дѣтей и внучатъ своихъ: «унимать и казнить крым­ скихъ разбойниковъ; покровительствовать русскимъ купцамъ и путешественникамъ»; исполнять однимъ словомъ тѣ же обязанности тѣсной дружбы, какія имъ соблюдались во время великокняженія Іоанна III. Послы Менгли-Гирея передали Василію іб ласковыхъ отъ него грамотъ. Онъ обѣщалъ всѣми силами дѣй­ ствовать противъ Литвы и помогать Михаилу Глин­ скому, называя его своимъ «любезнымъ сыномъ», склонялъ вел. князя къ покоренію Астрахани и, между прочимъ, просилъ для себя въ подарокъ: лов­ чихъ птицъ, рыбьихъ зубовъ, соболей и серебряной чары вмѣстимостью въ два ведра. Но главное его желаніе было, чтобы Василій отпустилъ пасынка его: плѣннаго Абдулъ-Лафита; сверженнаго Іоан­ номъ царя казанскаго, въ Тавриду, къ матери. Вел. князь, принявшій крымскихъ пословъ съ большимъ почетомъ и даже на нихъ возлагавшій руки въ знакъ своего къ нимъ благоволенія,—не отпустилъ, однако, Абдулъ-Летифа въ орду, а только ему даровалъ свободу изъ уваженія къ просьбѣ Менгли-Гирея и далъ ему въ удѣлъ городъ Юрьевъ, взявъ съ него предварительно клятву: не «выѣзжать самовольно изъ русскихъ предѣловъ, а также не имѣть никакихъ сношеній съ Литвою». Благодаря Василія, Летифъ каялся въ своей винѣ и обѣщалъ строго выполнять обязательство, имъ на себя подъ присягой принятое, да еще утвержденное торжественнымъ договоромъ съ послами Менгли-Гирея. Вел. князь самъ присяг­ нулъ въ прощеніи имъ Летифа и въ вѣрности сво-