b000000189

3 5 1 стригся въ иноки Кирилло-Бѣлоозерскаго монастыря, а потомъ странствуя на востокѣ пробылъ нѣсколько лѣтъ у аѳонскихъ монаховъ, гдѣ хорошо изучилъ греческій языкъ и многія произведенія духовной ли­ тературы. Возвратившись на родину, онъ больше не могъ довольствоваться преобладавшими въ русскихъ монастыряхъ внѣшними и обрядными условіями мо­ нашества, а поселился одинъ въ 15-ти верстахъ отъ монастыря у рѣки Соры, гдѣ соорудилъ для себя часовню и келью. Потомъ тамъ начала собираться по обыкновенію братія изъ послѣдователей подвиж­ ника и построилась ихъ трудами, церковь. Нилъ здѣсь основалъ монашество по небывалому еще на Руси восточному образцу «скитскаго житія»,—совер­ шенно отрѣшавшагося отъ міра. Внутреннюю пере­ работку души, какъ главную цѣль каждаго инока, онъ ставилъ выше долгой молитвы и строгаго, из­ нуряющаго плоть, поста. Постъ, Нилъ понималъ лишь какъ воздержаніе и умѣренность, не придавая ему значенія духовнаго подвига. Онъ опирается въ этомъ на слова св. Варсонофія: «что если внутрен­ нее дѣланіе не поможетъ человѣку, то напрасно тру­ дится онъ во внѣшнемъ». Въ своемъ посланіи къ бывшему прежде въ міру, князю Патрикѣеву: монаху Вассіану, Нилъ пишетъ, что въ мірѣ ничѣмъ доро­ жить не стоитъ; что міръ ласкаетъ насъ сладкимъ обманомъ, послѣ котораго бываетъ горько. Онъ на­ писалъ особый уставъ скитскаго житія, съ нѣсколь­ кими особыми кельями, гдѣ бы жило по два, по три монаха вмѣстѣ,—считая полное уединеніе допусти­ мымъ, по его мнѣнію, лишь для немногихъ избран­ ныхъ, такъ какъ оно требуетъ очень высокаго нрав­ ственнаго развитія, чтобы не стать зловреднымъ; не погубить души вмѣсто ея спасенія. Тогда какъ