b000000189

3 3 1 телемъ, навлекъ на себя справедливые его упреки за свой двойственный образъ дѣйствій: — «Ты сталъ другомъ нашихъ злодѣевъ, а меня оставилъ имъ въ жертву, не разсудивъ посовѣтоваться со своимъ бра­ томъ, тогда какъ я въ угоду тебѣ жегъ Литву, не слушая заманчивыхъ предложеній мнѣ Александра»,— писалъ ему крымскій ханъ; но, тѣмъ не менѣе, клялся умереть вѣрнымъ союзникомъ московскаго государя. Іоаннъ выражалъ готовность примирить Александра съ Менгли-Гиреемъ; но требовалъ настоятельно постройки православнаго храма въ Вильнѣ для дочери. Александръ, однако, упрямился, а кромѣ того не про­ пустилъ черезъ свои владѣнія посла въ Москву отъ султана турецкаго Баязета II. Онъ сожалѣлъ о горо­ дахъ, волей-неволей уступленныхъ русскому государю по мирному договору съ нимъ и лично самъ досадо­ валъ на православное вѣроисповѣданіе своей супруги. Іоаннъ же Васильевичъ, конечно, надѣялся черезъ свадьбу дочери подготовить мало-по-малу расширеніе своего государства за счетъ русскихъ земель, при­ надлежащихъ Литвѣ. Какъ бы то ни было, но ни Менгли-Гирей, ни Стефанъ Молдавскій не спѣшили мириться вслѣдъ за союзникомъ своимъ съ вел. кн. литовскимъ и Іоаннъ могъ надѣяться на ихъ помощь въ случаѣ возникновенія военныхъ дѣйствій между нимъ и Литвою. Въ защиту отъ Ливонскаго ордена онъ построилъ противъ города Нарвы крѣпость Ивангородъ на Дѣвичьей горѣ, чѣмъ нѣмцы были крайне обезпо­ коены. А вскорѣ между ними и государемъ москов­ скимъ вышла крупная ссора. Они убили въ Ревелѣ за какое-то преступленіе русскаго человѣка, имѣвъ при этомъ неосторожность сказать: что такъ посту­ пили бы и съ самимъ Іоанномъ, если бы онъ сдѣ-