b000000189

2 1 7 иного, не Ягеллова рода, былъ бы лишенъ всякаго основанія для поддержки государственной связи Польши съ Литвою, тогда какъ наиболѣе естествен­ ный выборъ брата убитаго Владислава, долженъ былъ за собою повлечь сліяніе этихъ двухъ смежныхъ странъ въ единое королевство. Не таково однако, было желаніе литовско-русскихъ вельможъ, увидѣв­ шихъ ясно жадное, беззастѣнчивое стремленіе поль­ скихъ пановъ къ присвоенію -себѣ въ Литвѣ ихъ земельныхъ угодій и занятію высшихъ должностей тамъ. Съ своей стороны православное духовенство боялось господства католицизма надъ греческимъ вѣро­ исповѣданіемъ. Самъ юноша Казиміръ предпочиталъ независимую власть литовскаго государя, ея стѣс­ ненію правами магнатовъ и католическаго духовен­ ства, въ Польшѣ. Онъ привыкъ къ языку и обычаямъ своего государства, а въ страсти своей къ охотѣ, унаслѣдованной отъ отца, особенно привязался къ литовско-русскимъ обширнымъ, дремучимъ путамъ, богатымъ всякимъ звѣремъ и разнообразною дичью. Два года онъ уклонялся принять предложенную ему корону, затягивая переговоры съ сеймомъ и не давая польскимъ вельможамъ утвердительнаго отвѣта. На­ конецъ, ихъ угроза—избрать королемъ Мазовецкаго князя: друга Михаила Сигизмундовича, что означало новую борьбу съ нимъ за литовскій престолъ, выну­ дили согласіе Казиміра и онъ былъ, наконецъ, коро­ нованъ королемъ польскимъ въ Краковѣ въ 1447 г. На торжествѣ его коронованія присутствовали: Сви­ дригайло и князь Мстиславскій: Юрій Лугвеньевичъ. Московскій вел. кн. Василій Васильевичъ не могъ поддержать Юрія Лугвеньевича въ Смоленскѣ и пред­ принять рѣшительную борьбу съ Казиміромъ за древне-русскіе города, такъ какъ съ востока ему