b000000189

8 8 его брата—Стефана, не отличавшагося, въ противо­ положность Сергію, христіанскимъ смиреніемъ. Мы знаемъ, что этотъ братъ, съ которымъ юный Варѳо­ ломей • удалился, похоронивъ родителей въ лѣсное уединеніе, былъ потомъ въ Москвѣ духовникомъ великаго князя Симеона Гордаго, а затѣмъ тамъ же получилъ назначеніе игуменомъ Богоявленскаго мо­ настыря. Вернувшись въ Троицкую обитель, онъ' какъ-то сталъ попрекать въ церкви монаха за его безпрекословное повиновеніе Сергію, напоминая, что и онъ тоже основатель обители. Сергій, тѣмъ вре­ менемъ находившійся въ алтарѣ, слышалъ запальчи­ выя слова Стефана и, не говоря никому ни слова, ушелъ послѣ вечерни. Братья Троицкаго монасты­ ря лишь съ большимъ трудомъ, при посредствѣ митрополита Алексія, упросила его возвратиться. Тогда Киржаческій, вновь основанный монастырь, Сергій поручилъ одному изъ своихъ учениковъ. Въ самой Москвѣ, онъ положилъ основаніе Симонову монастырю, гдѣ игуменомъ сталъ племянникъ его, отличавшійся умомъ и знаніями: сынъ Стефана—Ѳе­ доръ, получившій отъ Царьградскаго патріарха Нила, санъ архимандрита. Церковныя дѣла, какъ мы это видѣли, служили источникомъ не меньшихъ заботъ и огорченій для великаго князя, чѣмъ дѣла государственныя. Ему пришлось простить Пимена, только въ силу необхо­ димости: изъ-за недостойнаго поведенія Кипріана во время осады Москвы Тахтамышемъ; но онъ естественно не питалъ къ нему ни любви, ни уваженія; тогда какъ епископъ суздальскій—Діонисій: извѣстный намъ противникъ Митяя, вернувшись теперь изъ Царьграда въ санѣ архіепископа нижегородскаго и Городецкаго, съумѣлъ пріобрѣсти душевное расположеніе великаго