b000000187

48 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 49 С У Ш К О В рогам ездить было опасно. Мама очень переживала за нас. Это был июль. Я сидела впереди вместе с мужем, а папа — сзади, один. Мы взяли с собой для него подушку, плед, а он взял газовый пистолет, который всю дорогу у него был под подушкой. Он сказал, что это на всякий случай, для отпугивания каких-ли- бо хулиганов. Дорога была дальняя. Первая остановка — Дмитряшевка. Мы встретились с Дмитрием Филипповичем (мой дедушка и папин отчим, так как родной отец умер, когда папа был ма- ленький), с папиной сестрой Анастасией Степановной и её семейством, с теми, кого папа знал, и кто ещё был жив. Надо было видеть папино лицо! какие он испытывал глубокие чув- ства от прикосновения к своему прошлому! Кстати, в его за- писной книжке есть запись: «Дедушка мне говорил: «Тиша, не гнись, а то все через тебя прыгать будут. Не угодничай, это ещё хуже. Живи своим умом и бери всё доброе от добрых людей». Далее, через Воронеж наш путь лежал в Краснодар, куда много лет назад переехали из Дмитряшевки два папиных дяди — Дмитрий Григорьевич и Николай Григорьевич Ко- ротких. К сожалению, к этому времени они оба уже умер- ли, оставив после себя большие семейства: дети и внуки. Мы встретились со всеми, посетили кладбище, помянули тех, кого с нами уже нет. Потом мы поехали в Геленджик, в санаторий, куда у нас были приобретены путёвки. На обратном пути папа попросил заехать в Задонск, где в 1938 году он закончил педагогический техникум, затем учительствовал в сельской школе Задонского района, а в 1939 году вернулся в Задонск и был завучем в детском доме имени Калинина. И так, может быть, и остался бы там, но в декабре 1939 года был призван в Красную армию. Папа очень хотел увидеть и техникум, и детский дом, встретить, может быть, кого-то из того времени. Но, к сожалению, было лето, каникулы, всё было закрыто. Он очень расстроился и долгое время нашего пути молчал. Очевидно, для него это было очень важно, но обстоятельства… Один мудрец сказал: «Природа не оставила человеку вы- бора — он обязан быть человеком...» Мой папа был чело- веком, которого отличали честность, обязательность, точ- ность, единство слова и дела, ответственность. Он жил по принципу: «Быть, а не казаться». Я благодарна моим родителям за то, что я есть, и беско- нечно их люблю. Мне есть, кем гордиться, и я стараюсь пе- редать это своим детям и внукам. А закончить свой рассказ о моём дорогом папе я хочу ещё одной записью из его записной книжки: «Фидель Кастро о Че геваре: «Он оставил нам свою волю, своюнастойчивость, своё трудолюбие, словом, он оставил нам свой пример». Я думаю, со мной согласятся все, кто знал папу, что эти слова полностью можно отнести и к нему.