b000000185

22 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 23 М А Ш Т А К О В Школа Сейчас ребёнка в школу готовить – целое событие. Чего только не нужно купить – и ранец, и кучу книг, тетрадей, пенал, ручки и так далее. Первоклассника в школу, как в космос, собирают. Отправляют детей с шести-семи лет. А в моё время, в 1928-ом году, мы в школу ходили с восьми лет, и до последнего дня никто понятия не имел, чтобы готовиться к школе. Взрослые скажут: «Завтра пойдёшь в школу». И всё. Не знаю, как в других семьях, где были мать и отец, а мне в одну руку сестра дала тетрадку с косыми линейками, в другую – карандаш с железным наконечни- ком, и в той же рубашонке, в которой я бегал повседневно, в тех же штанишках и даже босиком, так как нечего было обуть, я пришёл в школу. Детишки собрались с шести-семи деревень. Толчёмся в коридоре. Кто обутый, кто босиком, как я, а пол цементный, холодный. Зашли в класс, учитель рассадил нас по партам. Парты старенькие, у некоторых откидные чёрные крышки оторваны. Перво-наперво учи- тель стал показывать на доске, как нужно писать палоч- ки. Мы на всё смотрели широко открытыми глазами. Учи- тель, Фёдор Иванович, был очень строгий. У кого из ребят плохо получалось, прихватит прядь волос и со словами: «Дубина ты, пиши, как следует!» – пару раз тыкал голову к парте. Потом, правда, его уволили за чересчур «смелое» обучение детишек. Осенью меня немножко приодели, обули с грехом пополам. Первый класс я закончил. Брата, Костю, в кадровую армию не взяли, но на три ме- сяца четыре года подряд его забирали в лагеря на учения. Я во второй класс с осени походил (были у меня кое-ка- кие рваненькие ботинки), а зимой идти в школу было не в чем: валяных сапог у меня не было. Брата как раз на уче- ния забрали. Вот и получилось, что я три месяца в шко- лу не ходил и на следующий год пошёл опять во второй класс. Закончил четыре класса. Надо идти в пятый, опять брата на учения забрали. Жена брата говорит: «Всё, кон- чай свою учёбу. Ходить не в чем». Сижу дома. Пришла се- стра Дуня, увидела, что не хожу я в школу, побежала к ма- миной сестре – тётке Прасковье в соседнюю деревню (они ещё не переехали в Ковров). Все всполошились: «Как это так: Паня не будет учиться?» Принесли мне какую-то оде- жонку, ботинки – обноски. Недели три я, правда, пропу- стил. Вот так, с большими трудностями, закончил я семи- летку: то пойти было не в чем, то просто не пускали меня в школу: нужно было что-то делать по дому. Детство у меня было тяжёлое. Были моменты, что и вспоминать не хочет- ся. Когда у брата родилась девочка, жена после родов за- болела и целую зиму лежала в больнице в Горках. Это ки- лометров пятнадцать от нас. В это время со мной сестра Дуня жила. А у нас же хозяйство: коровы, лошадь, овцы. Со всем этим справлялась Дуня. Деревня Большое Высоково