b000000184

372 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й щие слышны звуки. Вы, как строитель, что думаете?» Он в ответ: «Да брось ты, Михаил! Всё сделают. Не паникуй». Вот это «да брось ты» меня успокаивало. Раз человек, ответ- ственный за строительство в области, говорит настолько уверенно, значит, что-то я недопонимаю. Потрескивания усиливались. И вот наступил чёрный день календаря, когда судьбой было предначертано части нашего дома обвалить- ся. Но я по-прежнему знал, что сосед дома, что капитан ко- рабль не покидает, и соблюдал спокойствие. Вдруг звонок в дверь. Открываю, стоит Валентин Никитович и говорит: «Так, Михаил, давай быстро! Сейчас всё рухнет. Бежим от- сюда». И мы стали свидетелями того, как рушится наш дом. Дальше, конечно, силой высочайшего авторитета, уваже- ния к Валентину Никитовичу со стороны руководства на- шего города и области дом был в кратчайшие сроки каче- ственно восстановлен. Случилась эта трагедия из-за того, что около дома водо- каналом был разрыт котлован с нарушением технологии и обнажились фундаменты. Одной из последних строек Ва- лентина Никитовича оказался его родной дом. Конечно, наш сосед заслужил дома во много раз лучшего. Много разговоров возникало у нас с Валентином Ники- товичем после известных событий 1991 года. Я видел его разочарование, когда в истории страны произошла неу- давшаяся попытка реформировать партию, страну в ходе горбачёвской перестройки. Это был для Валентина Ники- товича сильный удар по его восприятию действительности. Он глубоко переживал развал Союза. Жизнь его как стро- ителя была связана с другими республиками, и ему было небезразлично то, что происходило. Валентин Никитович с болью оценивал события, которые меняли одну эпоху на другую. Для человека, который увидел, что то, что им было создано, как будто бы никому и не нужно стало, это была трагедия. Мне наблюдать то, как переживал Валентин Ни- китович, было тяжело. Рушились идеалы, рушилась та си-