b000000184

29 М А Р К И Н дверях пришла в себя, смотрю: обыкновенные люди, как и мы – не боги. Они с теплом и душевностью пришли прове- дать отца. В области отец был авторитетный человек. Я им гордилась. Но он всегда меня предупреждал: «Не вздумай никогда нико- му ничего обещать». Когда я уже стала взрослой, ко мне ча- сто обращались: «Попроси своего отца, пусть сделает то-то и то-то». Я сразу говорила, что ничего просить не буду. Общеизвестна пословица: «От тюрьмы и от сумы не уй- дёшь». Отец всегда говорил, что его это не коснётся – он для себя ничего не взял. Внук Никита как-то спросил меня: «По- чему у нас дед был главный строитель, а мы живём в таких простых квартирах?» Папа всегда старался сделать что-то доброе для людей, а не для себя. Народинеотцамнерассказывали, что когда папаработал в «Ефремовхимстрое», заводу в Узловой понадобился кирпич. Они нигде его не могли достать, и отец обещал им прислать вагон кирпича. В беседе по телефону выясняется, что кирпич этот на месте из вагона разгружать некому, на что отец эмо- ционально заметил: «Да что такое? Ещё и разгружать мне, что ли, приезжать? Хорошо, приеду сам». Приезжает с этим вагоном поздно вечером на станцию – никого нигде нет. Отец принимает решение обратиться к цыганам. На Узловой был у них табор. Цыгане потребовали у отца деньги вперёд. «Нет, – был ответ отца, – я вас знаю с детства. Сначала раз- грузка, потом я вам дам деньги». На что цыгане ответили: «Ну, смотри, пожалеешь». Разгрузили. Отец – по карманам, а денег нет: цыгане уже вытащили. Папа пошёл к барону. Ему было очень обидно: он за свои деньги кирпич привёз и не для себя, а для завода. Барон навёл порядок, деньги были возвращены. Отца настолько тронула дисциплина в табо- ре, то, как барона слушаются, что отец отдал цыганам денег больше обещанного, оставив себе лишь на дорогу. В детстве у папы был такой случай с цыганами. В семье зарезали поросёнка. Огромная туша висела в сенцах на