b000000184

271 М А Р К И Н что-то тормозилось, не выполнялось, Маркин волевым го- лосом отчитывал подчинённых: «Я могу понять и простить, если что-то объективно мешает, а когда всё есть: и кадры, и материалы – всё, и вы не выполняете положенного, уходите с работы раньше времени, я этого не понимаю!» Он подоб- ного не переносил. Валентин Никитович мог иногда крепко сказать, по-русски. Но, как ни странно, ему это шло. Неко- торые матерятся ни к селу, ни к городу, а Маркин говорит- говорит, да как припечатает крепким выражением, будто точку в разговоре ставит. Валентин Никитович рассказывал мне, в каких условиях ему приходилось работать в Ташкенте, когда там произо- шло мощнейшее землетрясение. Спать приходилось счи- танные минуты. Как-то Валентин Никитович обратил внимание на мое не- здоровье: «Вить, ты что, прибаливаешь?» – «Да, – отвечаю, – прибаливаю, пью таблетки». Он мне чисто по-русски: «На кой они тебе нужны?!» И рассказал, как ещё до войны вы- пил всего одну таблетку аспирина и ему стало так плохо, что еле-еле отходили. Потом за всю жизнь он больше не пил ни одной таблетки, даже когда болел. По дороге во Владимир Маркин попал в автомобильную аварию. Стеклом Валентину Никитовичу порезало шею, лицо, руки. Он рассказывал, что когда его привезли в боль- ницу и подошла сестра со шприцем, он запротестовал: «Не надо! Я умру тут же после вашего укола!» Врачи объясня- ют, что это обезболивающее, а он своё: «Я вам говорю: не надо этого делать. Позовите моего шофёра». Тот приходит. Валентин Никитович попросил его привезти две бутылки водки. На возражение врачей ответил: «Или я умру, или по- сле стакана водки режьте меня как хотите». Выпил, и пока врачи его спасали: накладывали швы, скобы ставили, - ни разу не простонал. Необыкновенный был человек! Не как все! Надо же такую волю иметь! Это был титан-человек, человек-глыба во всех отношениях. Его Господь сотворил