b000000182

224 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 225 Е Г О Р О В Тогда и к работе относились по-другому. Очевидно, это было связано с жёсткостью планов, со строжайшим кон- тролем. И у людей был другой менталитет. Работали, как говорится, не за страх, а за совесть. Сейчас всё это вспоминаешь и понимаешь, что директор завода Егоров – фигура выдающаяся. Он был жёсткий чело- век. Не жестокий, а жёсткий, требовательный. Тогда это не всем нравилось, и мне это также не нрави- лось. Но сейчас, став старше, понимаешь, что работать го- раздо проще в жёстко организованной системе, при отлич- ном порядке. В смысле порядка, дисциплины Егоров был человек исключительный. Кроме великолепных организаторских качеств Егорова, я бы отметил совершенно потрясающую интуицию этого руководителя. Можно привести массу примеров, когда он на разные руководящие посты – неизвестно, каким чутьём – подбирал специалистов из рядовых конструкторов, тех- нологов и т.д. Как пример: Садков. Его Василий Васильевич поднял на очень высокую должность начальника производ- ственного отдела с должности рядового конструктора. Таких примеров можно привести много, и все попадания на девя- носто девять процентов. Невозможно знать всё даже академику. Я не думаю, что он в те времена отработал бы больше месяца, думаю, сбе- жал бы. Достаточно сказать, что у меня, допустим, только – восемь направлений было в работе. Восемь институтов ведь нельзя закончить. Можно представить, сколько на- правлений было в целом по заводу. И, тем не менее, Его- ров справлялся. И здесь ему помогала какая-то интуиция, от Бога что ли данная, не знаю… Я неоднократно был сви- детелем, когда Василий Васильевич предлагал что-то усо- вершенствовать и девяносто процентов того, что предла- галось, внедрялось в производство. Удивительная вещь! Буквально всем на удивление и мне тоже. У нас на заводе забот всегда хватало. Он был одним из крупнейших заводов города по тем временам. Как-то была делегация с электромоторного завода. Их главный инженер сказал Егорову про наш завод: «Надо же, вообразить трудно, что это за махина». Действительно завод у нас очень боль- шой, интересный, серьёзный. Я не помню года, чтобы у нас не запускалось в производство меньше полутора десятков изделий. Были времена, когда занимались только оборон- ной продукцией, потом появилось направление товаров народного потребления. Мы часы делали по 50 тысяч штук в месяц. Веловтулки делали для велосипедов, а это, я вам скажу, «будь здоров» продукция! Так, вроде, простенько на- зывается. Мы их изготавливали по 40 тысяч штук в месяц. Магнитол не меньше полутора десятков шло в запуск. И при такой загрузке и заботах, которые были на заводе, была жёсткая, и вместе с тем структурированная помощь Ковровскому приборостроительному заводу. Ведь у нас полные автобусы со специалистами практически каждый день ездили в Ковров. Это кроме того, что были люди, кото- рые жили там в гостинице. Егоров там был постоянно. Соз- дать такой завод очень высокого класса, не останавливая, не снижая внимания к основному, и даже при этом завоё- вывая знамёна, классные места по производству – конечно, это огромная заслуга Егорова. Есть разные методы благодарности, оценки работы, на- пример: медали, грамоты, премии. А я вот до гробовой доски буду помнить, допустим, те пять раз, когда Егоров пожал мне руку и сказал: «Ну, спасибо». Для меня это была очень высокая оценка. Простые слова благодарности: «Всё. Спасибо, мужики, отдыхайте. Спасибо большое», – они за- частую значат больше, чем всё остальное, тем более от та- кого человека как Егоров. Василий Васильевич Егоров, я считаю, – неотъемлемая часть той эпохи со всеми её плюсами и минусами. Я, конеч- но же, восхищался директором и сейчас с большим уваже- нием его вспоминаю.