b000000182

184 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 185 Е Г О Р О В льевичем рядом с замминистрами, директорами заводов. Этот эпизод говорит о внимании Егорова к людям, вот к таким обыденным вещам, и эту черту характера директора отмечали многие. В 1981 году Василий Васильевич повёз меня в Ковров- ский филиал представить тогдашнему директору, где я должен был помогать по автоматизации производства по нестандартному оборудованию. По возвращении заехали в «Камбары» посмотреть, как там шла реконструкция. Дирек- тор турбазы организовал обед. Сели за стол, Василий Ва- сильевич спрашивает: «Где водитель?» Одним словом, пока не пригласили водителя, обедать не начали. Этот эпизод, я считаю, опять подчеркивает заботу Василия Васильевича о тех людях, с кем он работал. Да, он был суровый, но когда возникали у рабочих какие-то вопросы, он шел на всё, но решал проблемы. Это действительно характерная черта Василия Васильевича. В 1986 году перед заводом поставили задачу освоения автомата для обёртки мыла. Купили лицензию в Италии на право производства. Получили чертежи на итальянском языке с ручным переводом на английский. Начали осваи- вать. В основном все задачи были решаемы, но в этом авто- мате был так называемый глобоидальный кулачок очень сложной конфигурации, который управлял почти всеми механизмами автомата. Его, по технологии, надо делать на специальном станке, который выпускался в Европе. При- обретать станок — это, во-первых, деньги, во-вторых, сроки освоения были очень жёсткие. Наши специалисты пока не находили решения проблемы. В одну из суббот (я как раз дежурил) приходит Егоров, начинает со мной разговари- вать по поводу кулачка: «Что да как?» Попросил принести чертеж, образец кулачка. Смотрел-смотрел и говорит: «Вот что, давай его делать литьём по выплавляемым моделям. Пусть начальник цеха прессформ изготавливает эпоксид- ную форму». И, практически, мы сделали шестьдесят один автомат таким образом. Вот какая штука. Все мы: и литей- щики, и технологи ломали голову каждый в своём направ- лении, а вот найти решение оказалось доступно только Ва- силию Васильевичу. На майскую демонстрацию мы пошли с плакатом, где было написано, что завод выполнил реше- ние партии и правительства. Тогда агропродмаш решил, что первый автомат будет стоять в Виннице. В конце мая мы сдали этот автомат госкомиссии. Мне непосредственно приходилось заниматься этой проблемой, и я хочу сказать, что если бы не было вот этого егоровского напора, умения мобилизовать усилия коллектива, уверенности Егорова в выполнении задачи – вряд ли мы это сделали бы. Василий Васильевич с большим уважением относился к станкопроизводству, потому что понимал, что от станко- строения зависит уровень технологии. Не всё в советское время можно было купить, и своё станкопроизводство Ва- силий Васильевич всячески поддерживал, развивал и, я бы сказал, даже лелеял. Я считаю, что это большая заслуга Василия Васильевича. Мы на своем заводе могли сделать всё. Кстати сказать, эти наработки остались и сейчас, если говорить о 4-м производстве. Надо сказать, что Василий Васильевич наряду со своим напором, энергией умел, пусть молча, признавать свои ошибки. Как-то у него возникла идея отходы ЛВЖ сжигать и таким образом отапливать теплицу. Идея сама по себе замечательная. Но специалисты убеждали Василия Васи- льевича в нецелесообразности затеи по затратам, по по- жароопасности и т.д. Егоров настаивал на своём. Тогда Ген- рих Александрович Соловьёв предложил сделать проект с участием энергетиков, строителей и других специалистов. Выполнили проект, отметили всё, что нужно изготовить, построить – всё по-научному, всё в рамках правил. Всё со- гласовали, расписались и отдали проект в почту Василия Васильевича. Больше этот проект никто не видел. Василий