b000000181

126 127 некоторую запущенность города, я чувствовал, что что-то не так. Встречался с Владимиром Ивановичем, он говорит: «А мне сокращают объемы работ, урезают и не дают ре- сурсы». И все-таки дорожно-строительное управление в эти тяжелые годы выжило. Оно сохранилось. Ведь многие строительные организации, да и не только строительные организации, развалились и ушли в небытие. Он сумел со- хранить коллектив. Вот ему за это спасибо. А сейчас, я ду- маю, ДСУ заработает с прежней силой, и не стыдно будет за него Владимиру Ивановичу. Все понимали, что делать надо как следует. Качествен- но. Я почему и запомнил этот случай, он был единственный раз. Вот это иллюстрация наших взаимоотношений с Доб- рохотовым. Хороший был человек. Добрый человек. (Глубоко взды- хает.) Время идет. Люди уходят. Это, в общем-то, необрати- мое. Жаль. Извиняюсь, все мы там будем. Я слышал, что ДСУ назвали именем Доброхотова, и счи- таю это правильным, ибо, практически, дорожно-стро- ительное управление создал Владимир Иванович. И не грешно управление назвать его именем. Он этого заслужи- вает. И то, что вводятся музейные элементы в его бывшем кабинете, оставляя его по-прежнему действенным и рабо- чим, наверное, это стоит того. И Владимир Иванович будет продолжать как бы при- сутствовать при всех дальнейших делах управления и его коллектива и будет напоминать всегда о том, кто такой хо- роший руководитель и что такое – умение руководить. Вы знаете, я вспоминаю один пример. Вообще, в принци- пе, Владимир Иванович был горячий парень. Особенно, в молодости. Ивот доменя доходят слухи о том, что он одного уволил, второго уволил. Несколько жестко. Я его пригласил и говорю: «Владимир Иванович, с людьми надо осторожно работать». Он смотрит на меня. Я взял карандаш, начал его сгибать. Карандаш гнется, потрескивает-потрескивает, по- том – хоп! – и переломился. «Вот так каждый человек, ты можешь за дело его ругать, ты можешь его воспитывать, но внутренне ты должен наблюдать за ним и чувствовать, где грань. Вот ты подходишь к этой грани и дальше уже «не моги», потому что он сорвется. Он тебе надерзит, нагрубит, плюнет и уйдет с работы. Тебе это надо? Нет! А воспитывать надо. Так вот соблюдай всегда границу возможного нажима на человека, не перегибай». Вот такой случай был, но дав- но, по молодости Доброхотова. В так называемые годы реформ я приезжал в город Вла- димир и мне иногда было как-то не по себе. Я чувствовал Путепровод на Манежномтупике.