b000000180

386 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 387 Б Е Л Л Е В И Ч Юрий Николаевич умел прекрасно говорить и убеждать со- беседника, настойчивые просьбы результата не дали. Ноч- ной Лас-Пальмас гулял без нас. А по возвращении во Влади- мир на Юрия Николаевича был готов донос: «Связался там с каким-то художником!» Хотели сделать его вообще не вы- ездным за границу. Но Россия не без трезвых голов, и всё обошлось. Я, приобретая книгу Сальвадора Дали, боялся даже, что об- ратно домой меня с этой книгой не пустят, потому что Дали «не наш» художник и входил в список запрещённых авторов. Очень не хотелось, чтобы забрали у меня такую дорогую для меня книгу. С одним из руководителей группы я встретился несколь- ко лет спустя на инаугурации нашего губернатора. Вспомнив путешествие, он как-то разоткровенничался, сказав: «Ты из- вини, что не пустили вас погулять по ночному городу. Иначе поступить я не мог». Послекруизные разборки сблизили нас с Юрием Никола- евичем ещё плотней. Я был просто очарован этим челове- ком. Надеюсь, что и я был ему чем-то интересен. Встретились мы уже на квартире Юрия Николаевича во Владимире. Были случаи, когда я оставался у них на ночь. Встречали меня всег- да тепло, непринуждённо, гостеприимно. Дети Юрия Нико- лаевича – Андрей и Сергей были ещё школьниками. Эти ма- ленькие «рыцари» наполняли дом счастьем. Сколько я их ви- дел, они всегда были при деле. Каждый из них своей делови- тостью и увлечённостью точь-в-точь напоминал папу. Пре- красные росли парни. Я бывал у Юрия Николаевича в гостях на даче. Он с удо- вольствиемвозделывал землю, копал грядки. В саду был оча- ровательный спуск к речке, где Юрий Николаевич купался. Он был человеком широко организованным, всё время был занят изнутри идущими творческими задачами, очень мно- го читал и с удовольствием делился впечатлениями о про- читанном. Юрий Николаевич был не только страстным соби- рателем книг, он их, читая, «проглатывал», приобретал книги ради содержимого, ради познания. У него была очень пра- вильная речь, свои мысли он выражал чётко, ясно. Мне очень нравилось, когда Юрий Николаевич улыбал- ся: казалось, словно на лице открывался дополнительный тайный занавес, и являлся миру ещё более очаровательный Беллевич, удивительно простой и понятный. У Юрия Нико- лаевича были очень красивой формы необычно розовые губы, маленький, аккуратно посаженный носик. Непонятно было, как на нём могли держаться тяжёлые окуляры, но эти очки так ладно сидели на его лице и были совершенно син- хронно увязаны с образом хозяина. Поправлял он их неза- метным изящным движением руки. Юрий Николаевич всегда органично поддерживал обста- новку радушия и хорошего настроения. Он любил угостить гостя своим рукотворным плодово-ягодным вином – лёгким, игристым, наподобие сидра. Удерживать напор этого напит- ка могла лишь стеклопосуда из-под шампанского, к поискам которой были привлечены все его близкие. К изготовлению вина Юрий Николаевич относился серьёзно и любил наблю- дать за тем, какой эффект его творение произведёт на дегу- статора. Технологией изготовления этого сидра Юрий Нико- лаевич со мной поделился, но я вовремя не опробовал этот рецепт (надо было дождаться нового фруктово-ягодного урожая), а потом забыл его. Когда Юрий Николаевич переехал в Москву, мы и там встречались. Нашу встречу, наше знакомство на теплоходе с Юрием Ни- колаевичем я воспринимаю как дар Божий. Мы жили в раз- ных городах: я – в Гусь-Хрустальном, он – во Владимире; мы же могли вообще не свидеться, и я бы не ведал, что есть та- кой уникальный человек. Я благодарен судьбе за те удиви- тельные три недели, которые мы провели с Юрием Николае- вичем в одной каюте, встречая рассветы и провожая закаты, прогуливаясь по земному шару. Это ли не чудо?!