b000000180

312 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 313 Б Е Л Л Е В И Ч Юрий Николаевич выступал с блеском. Он прекрасно вла- дел ораторским мастерством и образным языком. Его вы- ступление было очень важным. Дело в том, что у прокуро- ров «свой» профессиональный язык – безупречно точный в изложении и в выражениях. Юридические слова должны быть понимаемы единообразно, поскольку за словами сле- дует исполнение закона. «Юристы, – говорил Ю.Беллевич, – всегда должны при- держиваться формулировок и определений, соответствую- щих тексту закона. Это повышает правовую культуру про- курора. Помните, культура судебной речи неотъемлема от общей культуры. Иной прокурор, может быть, и гово- рит без ошибок, но у него бедный словарь и фразы лише- ны образности». Что имелось в виду? Прежде всего, необ- ходимость соблюдения языковой грамотности, недопусти- мость её упрощения. Нельзя, например, говорить «завёл дело», дело не заводят, а возбуждают. «Собственноручные показания» не дают, а записывают. Наказания применяют и назначают, а не «определяют». Имущество не «арестовыва- ют» – на него налагают арест и так далее. На совещаниях и семинарах Юрий Николаевич повторял: необходимо пом- нить о том, что за каждым словом стоит строго регламенти- рованный законом порядок и о том, что произвольное из- ложение понятий права может изменить смысл сказанно- го. В законе есть понятия: «выездной суд», а не «показатель- ный суд», «потерпевший», а не «пострадавший»; «постанов- ление на обыск», а не «ордер на арест». Я старался посещать семинары, которыми руководил Юрий Николаевич. Мне нравилось, как легко и вырази- тельно он излагал мысли правильным юридическим язы- ком. При этом он советовал тщательно готовиться к пре- ниям сторон, помнить о том, что судебная трибуна – сред- ство огромного идеологического воздействия на общество и прокурор говорит от имени государства. У Юрия Николаевича были записные книжки, в которых он «брал на карандаш» образные выражения и языковые казусы, подобные таким: «Изображал в художественной са- модеятельности половину лошади»; «Самсонов ударил Ан- тонова по вредному месту»; «Я – Шерлок Холмс... Нашёл прошлогоднюю жалобу»; «Университетский значок носят те, у кого по физиономии не видно высшего образования». Свои речи Юрий Николаевич не писал, но произносил их искусно. К выступлению он готовился тщательно, выписы- вая полюбившиеся латинские цитаты и русские крылатые вы- ражения. Во время выступления чувствовал себя спокойно, излагал мысли чётко, юридической терминологией. Он ро- дился, можно сказать, оратором. Правда, древние римляне утверждали, что ораторами становятся, в отличие от поэтов, которыми рождаются. Юрий Николаевич же, по моему убеж- дению, кроме слова, владел ещё и отличной памятью, и креп- кой нервной системой, не обладая которой ораторы подчас попадают в ситуации, когда слова «нейдут на ум». Подобных пассажей с красноречием у Юрия Николаевича не случалось. Интересно, что выдающийся русский государственный и политический деятель, юрист М.М.Сперанский (кстати, наш земляк) был убеждён в том, что «обучать красноречию не можно: ибо не можно обучать иметь блистательное вооб- ражение и сильный ум». Юрий Николаевич таким вообра- жением и умом обладал. Участвуя в совещаниях, он не только учил других, но и сам учился. У меня сохранились два блокнота Юрия Нико- лаевича с записями выступлений прокуроров и учёных на совещаниях, сделанные его рукой. Приведу в пример крат- кую запись о выступлении помощника Генерального про- курора СССР В.Г.Дёмина на тему: «Особенности поддержа- ния обвинения по делам отдельной категории уголовных дел» (Бурятская АССР, 1978 г.): «Значение законности недооценивается в Верховном Со- вете – юристов там 4-5 человек (руководители соответству- ющих органов), а это ведь Законодательный орган. Неко- торые считают, что можно без юристов, не замечают суще- ствующие противоречия в обществе, преуменьшают их...