b000000180

136 Л ю д и З е м л и В л а д и м и р с к о й 137 Б Е Л Л Е В И Ч Юра никогда не курил. В кармане у него всегда были са- мые дешёвые карамельки. Он мог выпить и коньячку, и во- дочки, но пива не любил и очень возмущался, когда дети приходили с пивком. Говорил: «Это, ребята, не стоит упо- треблять и привыкать к этому не стоит». Юрий Николаевич обладал крепким здоровьем. Серьёз- но он заболел после падения с электрички, что и послужи- ло причиной его ранней кончины. В те времена электрич- ка заполнялась до отказа. Люди ехали с сумками, с мешка- ми. Продукты во Владимире купить было трудно, поэтому всё везли из Москвы. Мы тоже приезжали загруженные. Во Владимире жил Андрей с семьёй, надо было везти всё-всё, вплоть до молока. И когда Юрий Николаевич выходил од- нажды во Владимире из электрички, он оступился, и его нога попала между вагоном и платформой. Юра резко па- дает, встать он не может, а люди, не видя, что произошло впереди, продолжали с натиском выходить из вагона. При падении Юра повредил позвоночник. У него стали болеть ноги. Мы забили тревогу, обратились к врачам. Юрию Ни- колаевичу было и физически, и морально очень трудно. Я понимаю его состояние – никогда не болел и тут попадает в больницу. После первой операции в Боткинской клинике Юре стало лучше. Но вскоре, неожиданно для всех нас, наступило рез- кое ухудшение. После вторичной операции Юра пролежал в больнице месяцев пять, и когда врачи поняли, что боль- ше помочь не могут, его выписали домой. Юрий Николае- вич стоически переносил боль. Трудно поверить, но когда Юра заболел, он всё время говорил о книгах, продолжал жить ими. Даже находясь в реанимации, когда ему чуть ста- новилось лучше, он писал мне записки с просьбой купить журнал «Знамя» или журнал «Нева» номер такой-то. И я, и Андрей, и Серёжа, и даже Валин сын во Владимире искали эти журналы. А так как в киоски союзпечати поступало все- го по два-три экземпляра, их тут же раскупали. Надо было узнать, когда привезут, караулить. А когда Юрия Николае- вича перевели из реанимации в палату, он мне передавал уже целое задание с расшифровкой, в какой конкретно ки- оск ехать и с указанием имён и отчеств всех киоскёрш. С ними со всеми он держал контакт, и для него оставлялись журналы. Я бегала, покупала номера. Это была целая про- цедура – фабрика по приобретению литературы. Судя по запискам, которые Юра мне писал, дух его не был слом- лен. Книги для него были сильно действующим эликсиром. Юра продолжал обо всех нас заботиться, интересовался, как дела у Серёжи, у Андрея, как у меня с деньгами. Он был жизнелюбом. Никто не думал, что недуг его одолеет. Когда Юрия Николаевича хоронили, я попросила сестру Таню купить тридцать шесть роз – столько, сколько лет мы прожили с Юрой вместе, чтобы положить их к ногам люби- мого человека.