Он видел во всем этом великую трудовую Русь, Русь тружеников и мастеров, закованную в кандалы. Но эта Русь уже шла в будущее. Трудно, беспокойно, поднимая гордо голову. И он улыбался. Умеющий зорко смотреть сквозь годы и десятилетия, предвидевший великую историческую судьбу своего народа. Он думал о нем. О человечестве вообще. И поэтому каждый день, каждый час жизни этого человека светили в будущее ярко и самозабвенно. Прикоснись ладонью к шершавому дереву. Наклони к нему голову и прислушайся… Они разговаривают – Н. Сергиевский, член федосеевского кружка, встретивший Ленина на вокзале, Мария Германовна Гопфенгауз, снявшая для них квартиру. О чем говорят они? О чем спорят? О счастье народа? О его свободе? Наверное. Вот он, Владимир Ильич. Невысок, элегантен. Глаза умные, добрые. Пылок в разговоре. То шутит, то говорит серьезно. Слушая другого, полон внимания. Быстро взглядывает на часы. Федосеев на встречу не смог явиться… Ленин уехал, не повидавшись с ним. Город запомнил Ленина. Запомнил навечно. В память о нем – наши широкие улицы, светлые дома, огромные заводы. В память о нем – вся наша жизнь, и эта небольшая стела с тремя серыми бревнышками, источенными временем, в память о нем… Источник: Виридарская Т. У памятной стелы / Т. Виридарская // Призыв. – 1980. – 27 апр. – С. 4.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4