«На Васильевском острове» Раздвигается занавес - и перед зрителем во всю сцену полотно, изображающее «гиганта на бронзовом коне» на фоне Ленинграда. Звучит героическая музыка - и мысль зрителя несется к городу-герою, городу, так долго отражавшему натиск врага и стоящему «непоколебимо, как Россия». Пьеса Айсберга рисует Ленинград в дни войны, в первые месяцы той суровой, длительной, жестокой осады, которая не имеет примера в истории войн. Бомбят детские дома, и днем, и ночью бьют зенитки, люди сидят в нетопленных квартирах, голод стал обычным состоянием людей. Но не убита жизнь, но нe сломлена «гордость» ленинградцев - наоборот, и в сердце старого композитора, и в сердце простой няньки-старухи живет и растет одна и та же несломленная воля к победе, ненависть и презрение к врагу. Пьеса не поднимается до уровня художественного обобщения действительности, это скорее фотографическая пластинка. В ней много тяжелых сцен, многое напрягает нервы - но надо нам, живущим в тылу, нам, которых миновали ужасы войны, - надо нам показывать такие пьесы. Потому, что она кричит нам: помни о тех, кто стойко принял на себя всю силу фашистского удара, помни о них, чти их, сохрани их в своем сердце, расскажи о них своим детям! Об этих днях и об этих людях можно говорить только с величайшей простотой, с большой сердечной искренностью - и именно так говорит о них спектакль, поставленный режиссером Григорьевым. Вот старик-композитор Амосов (артист Николаев). Когда он говорит о том, что не в силах уехать из любимого Ленинграда, когда он весь загорается ненавистью к фашистскому варварству, когда он восторженно говорит о творческих силах советского человека, когда он стремится вдохновленной музыкой зажечь бодрость в людях - каждое его слово идет от сердца, и зритель не может оторваться от этого образа.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4