Князь-Владимирское кладбище

2-го мая 1917 года я, как член временного городского исполнительного комитета, была выбрана в комиссию по устройству братской могилы павших борцов за свободу. Здесь вторично (первый раз в марте 1917 года, при освобождении политических заключенных) мне пришлось вплотную сблизиться с известной многим владимирцам тов. Белоконской, принимавшей участие в подпольной революционной комиссии. Она сама предложила мне свое участие и оказалась неутомимой помощницей в трудном и спешном деле. Отметив, сообща с другими членами комиссии, место для братской могилы, мы приступили к земляным работам. Ввиду того, что точно были указаны, благодаря одному сторожу, служившему раньше при заставе («вешалка») только пять могил, решила ограничить пятью товарищами. Никогда не забуду самоотверженную работу тов. Белоконской, которая под дождем и снегом полдня простояла на кладбище, наблюдая за работами, которые нельзя было прервать даже в праздничный день, так как уже 14 мая было назначено торжественное перенесение праха казненных на кладбище. 13-го мая, в 6 часов вечера, было произведено вскрытие могил в присутствии милиции, судебного и врачебного надзора и переложение скелетов в приготовленные гроба. Было тяжело и жутко... Я просила освободить меня от этого потрясающего зрелища, но... пришлось пересилить себя и воочию видеть всю человеческую трагедию... Все могилы казненных находились за чертой кладбища, как людей, лишенных христианского погребения и недостойных лежать рядом с «правоверными»... Первой была разрыта могила народного учителя Ефима Степановича Камракова. Тем, кто раскапывал казненных, выдали кожаные перчатки. Братская могила во Владимире (Личные воспоминания)